Читая френдленту

antimeridiem — 01.02.2024 ivanov_petrov: «... А когда я представляю естественного человека, который развился согласно природе, так же привольно следуя руслу, как реки, и так же отзываясь на напряжения, как горы – я понимаю, что это мразь. Растущий по природным законам человек – плох. Вот это бы я и понимал под первородным грехом: что для того, чтобы человек был нормальным, мало быть естественным, очень мало. Да, большой грех».

Не знаю, как ощутить первородный грех, но предустановленное наказание очевидно. Человек способен видеть свою обреченность. Конечно, есть много ловких способов отмахиваться от этой проблемы, к тому же имеются и предустановленные механизмы, помогающие не видеть (у страдающих депрессией эти механизмы по всей видимости поломаны). Но каждая, даже самая успешная обезьянка с пистолетом, огромным счетом в банке или ответственной должностью, ощущает эту обреченность, она сидит как заноза и делает из нее (обезьянки) увы – человека.

Но по милости у этой обреченности есть и плюс. Раз все потерять все-таки придется (а в «иной мир» не протащить ни деньги, ни победы, ни память, ни близких, ни собственную личность, а в этом мире все поглотит распухшее Солнце), то можно попытаться приглядеться и подумать – а может есть еще что-то? Не материальное, не наше? В существовании нематериального сомневаться не приходится. Но вот «не наше»? Эта самая душа, точка, сердцевина – она есть? Человек не может этого знать, но может подозревать. И тогда, опираясь на эту обреченность, он все-таки может что-то сделать для нее, для этой точки. Что? Это тоже неизвестно. Едва ли это саморазвитие, добрые дела, следование заповедям и т.д. Это его риски и его надежда – не на спасение надежда, а на способность пожертвовать собой ради этой сердцевины. Так что первородный грех – это невидимая кочка, от которой можно оттолкнуться, чтобы перепрыгнуть болото жизни.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив