"Черный о красных"

glavsnab — 18.03.2025 Мемуары негра Робинсона, который приехал в СССР из США и прожил в СССР более 40 лет. Начало в предыдущем посте.
Завербовавшись в СССР, он решил съездить к матери на Кубу. Сел в междугородный автобус, идущий в Ки-Уэст (штат Флорида), откуда на Кубу ходил пароход. С собой он взял хлеб и кока-колу, т. к. опасался, что его не пустят в кафе. В Ричмонде, когда он пытался в кафе войти, официантка взглядом дала понять, что черным там не место. В Атланте ему удалось отыскать столовую для черных недалеко от автовокзала.
В автобусе он садился всегда на худшие места - в "хвосте", которых белые избегали. Но постепенно пассажиров прибавлялось, и рядом с ним сел некий белый парень. Р. в дороге заснул - и проснулся от сильного удара головой о стенку автобуса. Видать, во сне он случайно "навалился" на того парня, за что и был бит. Мог бы, конечно, дать сдачи, но тогда ему точно не поздоровилось бы от остальных пассажиров. Р. нашел выход - принялся орать по-испански, что его нельзя линчевать, т. к. он кубинец. В это поверили, и кто-то предлагал, раз уж линчевать "ниггера" нельзя, хотя бы выкинуть его из автобуса. Но какая-то девушка заступилась, упирая на то, что он иностранец. И его оставили в покое.
Из Гаваны он вернулся во Флориду, обратный путь прошел без происшествий. В Нью-Йорке он явился в "Амторг", где получил 100 долларов и билет в каюту 2-го класса трансатлантического лайнера. В Лондоне для едущих в СССР были забронированы места в отеле, но черных туда не пускали, и его поселили где-то неподалеку отдельно. Потом выяснилось, что все 4 дня группу водили по экскурсиям, о чем он не знал.
В СССР они плыли на советском пароходе "Рыков", который ему запомнился необычной чистотой и порядком, даже в машинном отделении. Он там отыскал говорящего по-английски матроса, тот привел его на одно из ежедневных собраний экипажа (там были все, кроме вахтенных) и переводил Робинсону, что там говорили. Это было что-то вроде политинформации, где излагали достижения как тех или иных советских предприятий, так и отдельных передовиков. Матросы это воспринимали с восторгом, каждый хотел такой славы. Там же хвалили отличившихся и стыдили нерадивых.
В столовой Р. подсел за столик к двоим белым, которые тут же демонстративно встали и вышли. За это на следующий день их публично отчитал капитан: мол, вы плывете работать в СССР на советском судне - и обязаны соблюдать советские законы, которые запрещают дискриминацию.
В Ленинграде их поселили в шикарной гостинице. Трое белых, попав в один номер с черным, взяли чемоданы и вышли. Однако, как потом оказалось, другой номер им не дали и они вечером вернулись, но всячески демонстрировали Р. свое презрение. А в столовой он сидел за столиком один. Зато на экскурсии, естественно, его брали. Эрмитаж, Смольный, дворцы и соборы и т. д.
В Ленинграде ему запомнились каменные здания, без дерева, стекла и стали. Люди выглядели сытыми, но плохо одетыми, в магазинах выбор товаров был весьма скудный, на вокзале толпы пассажиров сидели прямо на каменном полу. В Москве, а потом в Горьком, было еще хуже. На пароходе, на коем они плыли по Волге, он видел крестьян, немытых, в лаптях, а кто и в лохмотьях...

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив