БУДНИЧНОЕ

kildibekova — 15.08.2025 В травмпункт вкатывает инвалидную коляску хрупкая  темноволосая женщина. На коляске – высоченный здоровяк – парнишка, который не переставая смеётся, запрокидывая голову. С ними ещё один мальчик, тоже лет четырнадцати, не такой шумный, но старающийся подыгрывать.
– Я в парке гулял в центре, там медсестра была, обмотала...Рентгена не делали.– объясняет пациент.
– Почему не обратились по адресу прикрепления?– спрашиваю я у матери. Она мгновенно взрывается:
– Сделали бы нормально – другое дело! А то тащиться незнамо куда! –  адресует она конкретно мне, будто я тот человек, который построил травмпункт на Орловской и их к нему прикрепил.


Парень ведёт себя неадекватно. Он катается взад и вперёд на инвалидной коляске по коридору и громко хохочет.
– Ярослав, я тебя прошу!– говорит женщина.
– Ты злааая! –  тянет парнишка, захлёбываясь от истерического смеха.

Вместо того, чтобы заполнить согласие на осмотр, женщина садится поодаль и переписывается в телефоне.
– Заполняйте согласие на осмотр, – поясняю я парню, так как вижу, что она это делать не собирается, а время идёт.
– Оо, мне можно, да? – хохочет парень,– мне разрешили заполнять! Он, смеясь и продолжая кружиться на коляске, подъезжает поближе к ресепшен.

– А что мне писать там, где написано «имя»? А там, где «адрес», что писать? Продолжает он подшучивать.– Вам нравится здесь работать?–  обращается он ко мне.
 Я говорю:
–  Здесь лучше, чем по моей профессии, гораздо спокойнее.

Изначально вступить с ним в диалог было ошибкой.

– Почему? Какое у вас образование?
– Педагогическое.
– Что, много таких как я?
– Ярослав, веди себя нормально! – вмешивается мать, жадно ловящая и оценивающая каждое моё слово.

– Мама, я прекрасно себя веду. А ты злая! А что писать там, где написано телефон?
– Ваш телефон и пишите. Мы вам звонить не будем. Это стандартная форма.
– А вы звоните,– подмигивает Ярослав. Звоните, видите, как мне не хватает общения…

И Ярослав, и его мать пассивно-агрессивно пытаются  меня спровоцировать. Он – спрашивая меня напрямую, какой у него, по моему мнению, диагноз, задавая дурацкие вопросы, ответы на которые очевидны.  Мать – пытаясь к чему-нибудь придраться.

– Как вы думаете, а может я не просто общительный, а у меня аутизм? Может, со мной что-то не так? Или это у меня пубертат? – шутил он, явно повторяя фразы, которых он явно нахватался у своей матери.

– Может и аутизм, – не выдерживаю я. – При некоторых формах биполярного расстройства тоже бывает такая реакция. Ну, зато вы весёлый.
– Ну, хватит! Как вы смеете ставить моему сыну диагнозы! Ему всего 15 лет! Впервые вижу настолько злого человека!
– Мама, прекрати! Она ничего такого не говорила!
– Нет говорила, Ярослав, говорила. Просто ты слушать не умеешь!

Интересно, что она употребила именно это слово – то, которым её несколько раз подряд охарактеризовал собственный сын.

Когда они зашли к врачу, мы остались в приемной со вторым парнишкой, внешне отличающимся от высоченного крепыша с кудрявыми волосами, щуплым и  в очках:

– Прошу вас, не обижайтесь на них – обратился ко мне парень. Они оба очень резкие и сложные  люди. Просто она переживает. А он так выпендривается и изображает из себя шута чтобы противостоять ей. Она вызывает у него такую реакцию.  Я вынужден с ними общаться, я ведь родственник…– вздохнул он.

У Ярослава не оказалось никаких травм.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив