Будет больно
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
«В конечном счете твое подсознание принимает решение вместо тебя. Либо тебе не удается оградиться от всего неприятного, что происходит у тебя на работе, и это постоянно преследует тебя, не давая покоя ни днем, ни ночью, либо ты наращиваешь жесткий эмоциональный панцирь, который, судя по всему, не считается идеальным качеством в отношениях.
Некоторые из моих коллег к этому времени уже обзавелись детьми, и их жизнь состояла из постоянных забот о том, кто будет за ними присматривать, а в список неприятных эмоций, которые приносит карьера в медицине, у них добавилось чувство вины.»
«Я сказал пациенту, что МРТ ему сделают не раньше следующей недели, и он пригрозил, что сломает мне обе ноги. Моей первой мыслью было: «Что ж, так я пару недель проведу на больничном». Еще чуть-чуть, и я бы пошел искать ему биту.»
«Нашу компьютерную систему обновили, и теперь (как это происходит 11 раз из 10, когда больница предпринимает попытку упростить нам жизнь) все стало гораздо хуже. Выглядеть определенно все стало круче (и меньше походить на программу для MS-DOS), однако нововведения не исправили ни одну из многочисленных проблем нашего программного обеспечения, а попросту прилепили поверх него красивый интерфейс. Этот вычурный интерфейс расходует так много системных ресурсов наших доживающих свои дни компьютеров, что теперь пользоваться программой практически невозможно, так как все жутко тормозит. Это все равно что лечить рак кожи нанесением косметики, на которую у пациента сильнейшая аллергия.»
Про тупость пациентов (намеренно выбираю самый непротивный случай, более противных там вагон! так что особо чувствительным и брезгливым лучше эту книгу не читать!)
«Пациентке С.В. в дородовой палате понадобилось сделать снимок легких, так что я привел ее на МРТ и прошелся по опроснику[56]. Выяснилось, что ей нельзя делать МРТ, потому что несколько лет назад она имплантировала себе в указательный палец на правой руке мощный магнит. Как оказалось, это было модно в определенных кругах, и татуировщики ставили людям магниты, чтобы наделить их «сверхъестественной способностью» ощущать металлические предметы вокруг себя, что-то вроде вибрирующей ауры (ее слова) или людей Икс для бедных (мои слова).Честно говоря, рекламировать она явно не умеет. Как оказалось, никакой внеземной мистики, на которую она так «надеялась, она не получила – магнит на деле оказался лишь сплошной занозой в заднице. По ее словам, он неоднократно воспалялся, а проверка службой безопасности аэропорта перед посадкой на самолет превратилась для нее в сущий кошмар. Я начинаю всерьез подумывать попросить ее прошмыгнуть мимо моего коллеги Кормака, чтобы подтвердить или опровергнуть слух о наличии у него «принца Альберта»[57], однако она говорит, что имплантат недавно то ли сместился, то ли размагнитился, и теперь она почти ничего не чувствует, не считая шишки в своем пальце. На самом деле она хочет, чтобы магнит удалили, однако из-за сформировавшейся вокруг него соединительной ткани для этого потребовалось бы провести довольно серьезную операцию, расходы на которую медицинская страховка не покрывает. »
Про то, почему так много разводов в семьях врачей: «распространено убеждение, будто мы в какой-то мере сами решаем приходить домой в 10, а не в 8 вечера. На деле же единственное, из чего нам приходится выбирать – так это подвести себя или своих пациентов. Первое, конечно, неприятно, однако второе обычно приводит к смерти людей. Так что выбора как такового у нас на самом деле нет. Персонала вечно не хватает, и практически каждый день – за исключением, может быть, особенно спокойных, – чтобы успеть все сделать, врачи самоотверженно задерживаются на работе. Разумеется, не только врачи работают допоздна – то же самое можно сказать и про юристов и банкиров. Однако они хотя бы могут оторваться на выходных, на 48 часов позабыв про работу и предаваясь бесконечному гедонизму. Мы же свои выходные, как правило, проводим на работе.Но дело вовсе не только в плотном графике: когда приходишь домой, с тобой, как правило, не повеселишься. Сильная усталость, раздражительность после нервного рабочего дня, и ты даже умудряешься лишать свою вторую половину возможности пожаловаться на своих коллег. »
Про очень опасных пациентов: «. У меня нет никаких сомнений, что она может – и будет – тратить попусту время людей в этой клинике еще добрый год, а то и дольше.Прежде чем я успеваю предложить записать ее на этот прием, она выкрикивает: «Ну почему никто не воспринимает меня всерьез», после чего хватает контейнер для игл[99] и швыряет его мне в голову. Взвизгнув, я нагибаюсь, и мой анус сжимается до одного миллиметра в диаметре. Контейнер ударяется о стену возле моего стола, и заразные иглы дождем осыпают меня сверху. Каким-то чудом ни одна из игл в меня не попадает и мне удается избежать заражения двенадцатью разными штаммами ВИЧ. На шум прибегает медсестра и тут же вызывает охрану. Все, прием закончен. Следующий!»
Кей с большим юмором описывает, как все знакомые задают ему уйму вопросов на медицинские темы, поэтому он старается не упоминать нигде, что он врач. « научился особенно расплывчато рассказывать о том, чем занимаюсь, когда знакомлюсь с новыми людьми, либо искусно менять тему разговора.Сегодня на вечеринке в загородном доме зашел разговор о никабе, и кто-то ляпнул, что под никабом многие женщины очень стильно одеваются, порой пряча от взора одежду на тысячи фунтов. «Это правда, – сказал я. – Причем под этой одеждой я видел у очень многих мусульманских женщин самое роскошное нижнее белье, а у полудюжины на лобке были весьма виртуозные и искусные стрижки. Инициалы, спирали и все такое!» Полная тишина. Тут до меня доходит, что я перестарался со своей загадочностью. «Я врач, кстати».»
«8 ноября 2010 года, понедельник
Вишенкой на торте рекордно ужасного ночного дежурства (мне помогал вышедший на замену врач-ординатор, толку от которого было лишь немногим больше, чем от мебели) стало экстренное кесарево в 7.45, за 15 минут до того, как я должен был закончить.
Кесарево, потом еще одно кесарево, вакуум-экстракция, роды со щипцами, потом снова кесарево, потом я уже сбился со счета, однако там была целая куча новорожденных, и вот теперь последнее кесарево. Я совершенно измотан и с превеликим удовольствием потянул бы время, чтобы передать пациентку утренней смене, не будь плод при смерти.За 12 часов я ни разу не присел, не говоря уже о том, чтобы дать отдохнуть глазам, мой ужин остался лежать нетронутым в шкафчике, и я только что случайно назвал акушерку мамой. Мы несемся в операционную, и я стремительно принимаю роды. Ребенок обмякший, однако педиатры творят свое волшебство, и вскоре он начинает издавать нужные звуки. »
Но он порезал скальпелем щеку новорожденного, «Порез и правда неглубокий, да и не длинный – швы накладывать не нужно, и никакого шрама уж точно не останется, – однако это была целиком и полностью моя вина. Я извиняюсь перед родителями, которых это словно и вовсе не колышет. Они без ума от своей очаровательной (и лишь немного изувеченной мной) маленькой девочки и говорят, что понимают, что мы вынуждены были немного поторопиться, – такое случается. Мне хочется сказать, что такого случаться не должно, со мной такого раньше не случалось и уж точно не случилось бы в начале дежурства.Я протягиваю им буклет с контактными данными службы приема жалоб пациентов. Они от него отказываются. Моя лицензия была на волоске, а младенец – на полволоска. Попади мой скальпель на пару сантиметров выше, и я бы выколол ей глаз»
«К.С. – последняя пациентка, которой нужно подписать перед операцией форму информированного согласия. Это пожилая дама, которой назначили гистероскопию вследствие недавнего вагинального кровотечения. Она пришла в сопровождении переполненного дерзостью сына в красных штанах, который убежден, что если к медперсоналу относиться как к дерьму собачьему, то это убедит их в его важности и они будут больше стараться. Удивительно, но это весьма распространенное убеждение, которое, как бы мне ни было неприятно это признавать, является абсолютной правдой. Именно такие люди и пишут жалобы на врачей из-за малейшей царапины на маникюре.С каждым задаваемым им вопросом мне приходится все крепче держать язык за зубами»
«Мне следовало обратиться к психотерапевту – точнее, моя больница должна была мне его назначить. Проблема в том, что в медицине подобное принято замалчивать, из-за чего те, кто больше всего нуждается в помощи, ее никогда не получают.Каким бы предусмотрительным я, однако, ни был, в конечном счете непременно случилась бы еще одна трагедия. Она должна была случиться – нельзя избежать неизбежного.
Одна замечательная врач-консультант говорит своим практикантам, что к моменту, когда они выйдут на пенсию, накопится целый автобус мертвых детей и детей с церебральным параличом, и сбоку на этом автобусе будет красоваться их имя. На их счету будет огромное количество «неблагоприятных исходов», как их принято называть в больничной среде. Она говорит им, что если они не в состоянии справиться с этим, то они ошиблись с профессией. Может быть, если бы кто-нибудь сказал мне об этом раньше, я бы хорошенько призадумался. »
Отрывок из книги
Будет больно. История врача, ушедшего из профессии на пике карьеры
Адам Кей
|
</> |