Без названия

В самом Ашкелоне красивая набережная и яхты. Давно забытое что-то. И приятная компания.
В поезде садилась рядом с девушками солдатками с автоматами, чувствовала себя в безопасности.
Сегодня разбудил звонок:
- Поедешь с нами солдат пловом кормить?
И мы поехали. На северную границу. Выехали из Хайфы, в Хайфу полетели ракеты, так что мы все пропустили.
По дороге любовались нежным голубым небом, в котором то и дело тоже сбивали ракеты. Они расцветали белыми хлопьями и медленно спускались вниз.
Приехали, мужчины наши достали котел и разные штуки для плова.
Я тоже подключилась. Почистила сколько-то морковки и еще сколько-то нашинковала.
Вспомнила нашу Летнюю школу, приготовление завтраков и обедов.
Натерла себе большой мозоль на пальце до крови.
Командир позвал парнишку, попросил мне прилепить пластырь, я отказалась.
Но он был настойчив, так что парнишка налепил мне пластырь. А я его за это поснимала.
Просто так, на самом деле. Он сказал мне, что его камера не любит.
Что у него с камерой абьюзивные отношения, он не нравится себе на картинках и ему от картинок потом не очень.
Говорили на английском.
Он так обрадовался, когда выяснилось, что я могу по-английски.
Сабр. Его прабабушки-прадедушки приехали в Израиль из Йемена еще в начале прошлого века.
- Что, - говорю, - тебе озвучивали - в Польшу едь - какие-нибудь западные друзья? - смеется.
Подобралась приятная компания. Пока чистили морковку, познакомились с русскоязычными ребятами, которые приехали в Израиль еще подростками. У одного крошечка месяц назад родился. У второго девять месяцев назад.
Один - режиссер. Второй - токарь. Один когда-то из Москвы, второй когда-то из Узбекистана.
- А почему ты прячешь банку с колой, когда я тебя снимаю?
- Ну чтобы не говорили потом, что армия Израиля слишком хорошо живет.
- Да ладно, ерунда какая.
- Ага, звонил украинцам в украинскую армию. Показывал, как мы тут живем. Они - ничего себе, а у нас совсем ничего такого нет. Звонил потом русским дружбанам в русскую армию. Там еще хуже.
С режиссером у нас обнаружилось целых тринадцать общих друзей. Не то чтобы очень много, но ок. Часть - летнешкольников.
Пока готовили плов, раз пять сгоняли в укрытие. Нам еще посоветовали в уши наушники вставить, когда артиллерия начинает работать, можно оглохнуть. Укрытие было чисто символическим.
- Если ракета сверху упадет, то крышка, конечно, но от осколков спасет, - укрытие представляло собой железный ангар, у которого вход был заложен мешками цемента. Оказалось, на громкие разрывы я, практически, уже не реагирую. И сирены не вызывают желания быстро бежать. Знаю, что неправильно. Но бежать по пересеченной местности и навернуться совсем не хочется.
Плов удался. И компания очень удалась. Каждый раз с такими классными гражданами знакомлюсь. Спасибо им огромное, конечно.
|
</> |