«Август в Латвии»

klarissa45 — 04.08.2024



Булочки с тмином. Латышский язык.
Красные сосны. Воскресные радости.
Все, чем живу я, к чему я приник
в месяце августе, в месяце августе.

Не унижайся, видземский пастух,
пестуй осанку свою благородную,
дальней овчарни торжественный дух
пусть тебе будет звездой путеводною.

Не зарекайся, видземский король,
ни от обид, ни от бед, ни от хворости,
не обольщай себя волей, уволь:
вольному — воля, а гордому — горести.

Тот, кто блажен, не боится греха.
Бедность и праведность перемежаются.
Дочку отдай за того пастуха,
пусть два источника перемешаются.

Между удачей, с одной стороны,
и неудачею жизнь моя мечется
в сопровождении медной струны
августа месяца, августа месяца.

--
1989

Булат Окуджава

« Часть лета он привык проводить на Гауе — реке в Латвии, на турбазе Московского дома ученых, куда он ездил с женой, Булатом–младшим и пуделем Тяпой пятнадцать лет подряд… Туда же съезжались в августе режиссер Валерий Фокин, старый приятель Окуджавы Зиновий Гердт, Александр Ширвиндт, звукоархивист и филолог Лев Шилов.

Отношение к Окуджаве было благоговейное — даже Гердта назначали иногда дежурить в столовой (где был, однако, профессиональный повар), но о том, чтобы припахать Окуджаву, не могли и помыслить. По вечерам интеллигенция заслушивала сообщения — ученые рассказывали о столь модных тогда паранауках: в семидесятые вся интеллигенция поголовно смотрела "Очевидное–невероятное", обсуждала телекинез, НЛО и йогу, и больше всего это было похоже на возрождение религиозного чувства — но возрождение половинчатое, ущербное; однако разговаривали, спорили, и Окуджава с удовольствием слушал. Иногда, ближе к разъезду, его уговаривали спеть. Сохранились идиллические шиловские фотографии — на них Окуджава добродушен и счастлив. Это была его среда, все понимавшая, уважительная без навязчивости…"

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив