95

Вышли мы из этой морильни, присели возле набережной самой грязной в стране реки и тут один мужичок, из числа наших спутников, достаёт косячок и начинает его раскуривать. Я прихуела и говорю ему: "Ты чего?!" А он мне: "Ничего. Я в ФСКН работаю". Напыхались мы, сидим, балдеем. Борец с наркоторговлей рассказал нам, что организовывает иногда в Москве afterparty, то есть по сути тусовки для нарколыг, а подруга начала рассказывать, как ей кайфово было в выходные под бензином. Тут я, загруженная к тому времени трупами на дне Москвы-реки, очнулась и спрашиваю: "Под каким ещё бензином?" На что подруга задумалась, пожала плечами и ответила: "Не знаю, под девяносто пятым, наверное... Классные ощущения, только вот кожа с языка слазит, если неразбавленным пить". Я уставилась обратно в мутные воды реки и отъехала.