Владимир Николаевич

lost_in_brazil — 01.03.2019 Была у нас еще и астрономическая практика. Преподаватель у нас был уж очень колоритный – Владимир Николаевич, 70 лет на тот момент, но стройный и подтянутый, бегал марафоны, а лицом был ужасно похож на Ганнибала Лектора. Боялись его все. Зато он, кажется, был единственным преподавателем, который видел во мне некий потенциал – всегда говорил, что если я очень постараюсь, то есть шанс заставить мою голову работать. Но я не старалась, увы.

Практика у нас была в Зарайском районе. В первый же день нам был показан страшный прибор – астрономический универсал:




Тяжелый, зараза, поэтому от участия в его переноске я всегда отлынивала. Как-то Владимир Николаевич сделал мне выговор за лень: мы шли утром на измерения, в подгруппе у нас было три человека – я, Влад и Денис. Влад и Денис тащат универсал, Влад еще в зубах специальный зонт – закрывать прибор от перегрева, Денис – два стула в свободной руке, а я несу тетрадку и кулек конфет. Я попыталась объяснить, что у нас в группе парни работают руками, а я – мозгами, но Владимир Николаевич сказал - не надо так себе льстить, Ксения.

Самое крутое – ночные измерения. Мы их пытались проводить несколько раз, но всегда был дождь. Владимир Николаевич никогда не терял оптимизма – каждый вечер стоял, уставившись в небо, в котором мелькали молнии и грохотал гром, и уверенно говорил – нет, ребята, не будет дождя сегодня, ласточки летают высоко! Через 5 минут начинался шторм, конечно.

Но как-то выдалась ночь с ясным небом. Владимир Николаевич пробежался по комнатам и велел быть внизу через 10 минут. А к ночным измерениям необходимо было заранее подготовить эфемериды – астрономические таблицы с положением небесных тел. Эфемериды никто готовить не хотел, все надеялись на плохую погоду. Ну и мало кто понимал, как их считать-то вообще. Только у нас в комнате была девочка-отличница Надя, которая это умела. В ту ночь мужская часть нашей бригады пила водку где-то у речки, и когда они узнали, что вот сейчас начнутся измерения, сразу прибежали к нам в комнату. Комнату мы предусмотрительно заперли на все замки, но я никогда не забуду позеленевшее лицо Нади и слезы на ее глазах, когда кучка пьяных балбесов ломилась в дверь с криками – Иванова, гони эфемериды!

Наде вообще не везло с Владимиром Николаевичем. Она его страшно боялась, и ей всегда от него доставалось. Как-то вечером она вышла из корпуса и наткнулась на него. Он, по ее словам, подозрительно на нее посмотрел своим недобрым взглядом и прошел мимо. Через 10 минут она столкнулась с ним за углом дома, и он посмотрел еще более недобро. В расстроенных чувствах Надя пошла гулять по полю, и вдруг видит – ей навстречу бежит Владимир Николаевич с палкой. Он всегда бегал с палкой – отгонять собак.

На этом моменте Надя сделала драматическую паузу. Мы спрашиваем – ну а ты чего, чего? А я, говорит, упала в траву и замерла. Полежала 5 минут, встала и пошла в корпус. Уверяла, что он ничего не заметил, но мне казалось до конца практики, что он на нее посматривает уже не просто недобро, а с некоторой опаской.

Вот в отличие от Юрия Григорьевича, Владимир Николаевич жив и здоров и до сих пор заведует кафедрой. Как-то пару месяцев назад мне потребовалось рекомендательное письмо для обучения в местном университете, я позвонила на кафедру и услышала его голос. Здравствуйте, говорю, я у вас училась 10 лет назад, вы вряд ли меня помните. «Господи, Ксения!» - ответил Владимир Николаевич. Даже и не знаю, хороший это знак или плохой, но было приятно.

Он помнит меня десять лет спустя, а я благодаря ему те же десять лет спустя могу нарисовать небесную сферу со всеми осями и плоскостями, а еще помню, что такое альмукантарат.

Оставить комментарий

Популярные посты: