Viktor Tsoi in Japan

Компания «Amuse Corporation» пригласила Виктора Цоя в Токио, где еще в начале 1990 года был выпущен компакт-диск с оригинальной записью альбома «Группа крови».
Чтобы познакомиться со всеми музыкантами «КИНО», японские музыкальные импресарио приехали в Ленинград и в качестве подарка (по совету Рашида Нугманова) подарили группе комплект звукозаписывающей аппаратуры. По словам Наталии Разлоговой, «киношники» встречались с приехавшими японцами где-то на нейтральной территории, и всё было достаточно тепло и дружелюбно…
В планах компании «Amuse Corporation» было предложить Цою международные гастроли «КИНО» (в том числе и в Корее). Вместо Рашида, который в ту пору находился в Сиэтле, где занимался проектом с Гибсоном, с Виктором в Японию поехала Джоанна Стингрей.
В аэропорту Токио Цоя и Джоанну встречал известный японский музыкальный импресарио Йоки-чи Осато (Кайчо), который устроил их в гостиницу и занялся организацией программы поездки.
Виктору очень понравились мягкость и вежливость японцев, их природные сдержанность и застенчивость. Как отмечала Джоанна Стингрей, Виктор, несомненно, чувствовал некую внутреннюю связь с ними и ему было очень хорошо и спокойно в их окружении.
В процессе всевозможных экскурсий и встреч с музыкальными продюсерами ненавязчиво шли переговоры относительно дальнейшего сотрудничества.
Японцы, выражая лидеру «КИНО» свое расположение и уважение, очень надеялись на положительный исход переговоров и строили глобальные планы относительно гастролей «КИНО» в Японии, а также обдумывали возможность мирового турне группы совместно с японскими рок-музыкантами. Виктор присматривался, делал выводы. В то время западная или любая иная карьера на условиях «принимающей стороны» считалась весьма непростительным компромиссом.
Все понимали, что войти в монастырь профессионального шоу-бизнеса со своим уставом практически невозможно. Достаточно было примера с Гребенщиковым, польстившимся на перспективу мировой славы и пошедшим на поводу у продюсеров, провалившим Бориса. После этого Гребенщиков утратил авторитет не только в тусовке, но и у своих поклонников. «Лучше бы он умер» — такие разговоры ходили после провала Гребенщикова среди поклонников «Аквариума». И Цой прекрасно отдавал себе отчет в том, чего можно ожидать в случае ошибки и провала.

По воспоминаниям близких, Цой вообще не знал слова «компромисс». Он был очень цельным человеком, и никакие радужные перспективы не могли его заставить хоть на шаг отступить от того, что он считал правильным. При любых профессиональных контактах Виктор ставил свои условия или отказывался от сотрудничества. Так было и во Франции, так было бы и в Японии. Цоя нельзя было «соблазнить» ничем. И японцы сразу это почувствовали, поэтому и выдвигали только серьезные предложения, очень осторожно и продумывая каждый свой шаг.

Как вспоминал сам Цой, все три дня в Японии были посвящены всевозможным развлечениям и посещениям модных и культурных мест.
По словам Джоанны Стингрей, они веселились как дети и в полном смысле этого слова наслаждались жизнью. Виктор всем очень нравился, особенно девушкам, потому что он выглядел по-восточному, но был выше всех, что их и покорило. Японские девушки, как известно, весьма застенчивые, поэтому они только украдкой смотрели на него и хихикали. Джоанна Стингрей: «Японские девушки влюбились в Виктора. Каждый раз при его виде они смущались, хохотали и убегали от него, считая Виктора очень красивым, очень высоким и очень величественным.„»
С помощью Йокичи Осато Цой с Джоанной посетили концерт популярной в Японии группы «Southern All Stars», который произвел на них большое впечатление. Это сценическое шоу можно было сравнить разве что с постановками «Pink Floyd». Цой отметил мелодичность японских песен и определил музыку «Southern All Stars» как «современный вариант Фрэнка Синатры в японской интерпретации», правда, сказал с иронией: «Когда японцы пытаются играть какие-то роки — это, конечно, смешно».
Лидер «Southern АН Stars» Кейсуке Кувате очень сдружился с Цоем и в знак дружбы подарил ему вместе с записью одного из своих альбомов великолепную черную гитару «Yamaha». По воспоминаниям Джоанны, Виктор был весьма тронут таким подарком и долго им восхищался…

В последний вечер перед отлетом Виктора в СССР японцы устроили в честь него вечеринку в одном из баров, на которой торжественно назвали его «братом»…