Вера

zasiraki — 28.10.2018

Он отчётливо помнил, когда всё это началось. Был момент, как спусковой крючок, вдруг раз - и пропал, заглянул в омут и не смог оторваться.

Ведь обычная женщина, сто лет вместе работали, серая офисная мышь классик, ничем не примечательная. Моль ноль повдоль, как говорил его старый друг Валерка Харин. И вот, однажды утром сели обсуждать что-то рабочее - и это началось. Посмотрел ей в глаза и словно нитка, да-да, крепкая суровая нитка связала их, от зрачка до зрачка, всё замерло, и мир остановился. Он слышал как бухает сердце в груди, единственной реальностью были ее зрачки, расширившиеся, глубокие, а, и еще он чувствовал свое дыхание. А там, в темных зрачках, была трясина, и похоть, и желание, и ликующие дьяволы и еще черт знает что, и опасное, и манящее, и бездонное, и даже больное, но чувственное и сладкое.

Тогда он усилием воли заставил себя отвести глаза, и с тех пор старался не оставаться с ней наедине, чтобы не сорваться, не повестись, не отравиться всем этим. Не сорваться, чтобы сохранить то, чем он так дорожил - свою семью, свою жену с ее борщами и домашним уютом, свою беленькую дочку, так похожую на его собственную маму в детстве. Риск! Это был огромный риск! Тем более на работе - абсолютное табу. Да и с чего, это же глупость - обычная телка, таких пресс, ничего примечательного, но. Но!

Но каждый день он вспоминал эту нитку, эту связь, эти секунды прямого контакта глазами, и каждый раз он испытывал где-то внутри укол наслаждения, мучительно короткого, но острого, как спазм. И при одной мысли о том, что можно было бы...хоть раз! у него дыхание перехватывало. Поэтому минимизировал все контакты, отворачивался, глаза опускал. По ночам он как обычно ласкал свою Оленьку, а в мыслях у него была та, другая, манящая, темная. Закроет глаза и как будто снова черный омут манящий, и так жарил ее в мыслях, что... А так обычная, обычная женщина. Вера. Но шкерился от нее по коридорам, как дурачок. Но не отпускало. Неспокойно было. Очень.

***

- Я тебе говорю. Синдром поликистозных яичников, всё в кистах, - говорила Вера. У нее были красные глаза. - Сегодня у врача была. Поэтому и забеременеть никогда не смогу, и цикл нарушен, всё, ранний климакс. Да и знаешь! Да и не нужно!

- Ну ты успокойся, господи. Давай еще за здоровье твое. Ну, ты чего. Какие твои годы. Всё лечится. И замуж выйдешь, всё будет.

- Марин, ты же знаешь. Я ЕГО люблю. Он такой мужик. Все остальные мне вообще никак. И родить не смогу, кошмар. Не будет ребеночка. Так никто и не подаст воды сама знаешь когда! - и Вера облилась слезами. - Дура я, ты даже не представляешь какая. Ты не представляешь. Никаких шансов, никаких.

- Ну, прекрати. Ты откуда знаешь, что не нравишься ему? Ты еще молодая, симпатичная. Ноги, сиськи.

- Да ты не представляешь, не представляешь. Во-первых, он на работе ни с кем никогда. Там железобетон, пойми. В шоколаде живет, всё есть, семья, жена, я ему зачем. Я ему никак, понимаешь, никак. Не смотрит даже на меня, отворачивается. Слушай...ты знаешь я что даже сделала? Никому не говорила. Я такая дура, ты сейчас поймешь. Тебе по секрету. Наливай еще.

Чокнулись.

- Короче. Делала приворот.

- Вера, ерунда какая. В смысле делала приворот? Молилась, что ли?

- Ну ты дура, нет? Молилась, ага. Думай, что говоришь. Ходила к одной тетке. Она даже в Битве экстрасенсов участвовала, все говорили - очень сильная! К ней запись за месяц вперед. Денег отдала - мама дорогая. Даже не спрашивай - сколько. Много! И она, главное, тетка эта...всё пугала меня! Типа подумай хорошо, потому что прилетит тебе обратка вроде как. Какая там обратка. Вообще не помогла. Ничего не получилось. Ни-че-го-шеньки.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив