Толкин против Льюиса

anairos — 14.10.2024 Профессор наш Дж.Р.Р.Толкин был, как я теперь понимаю, достаточно придирчивым потребителем искусства. Ему очень многое не нравилось, в том числе из того, что в его время считалось хитом, а в наше – нестареющей классикой. Например, диснеевские мультфильмы. Ну и из литературы тоже.

«Дюну» Фрэнка Герберта он не стал публично критиковать, сославшись на то, что негоже одному писателю ругать другого – но в письме упомянул, что это произведение вызвало у него чрезвычайную неприязнь.

Но такая сдержанность, скорее всего, имела причиной то, что Герберта Толкин не знал лично. А вот со своим давним другом Клайвом Льюисом он церемонился куда меньше.

«Письма Баламута» его ужасали, ибо не следует так много писать о зле с точки зрения самого зла. «Мерзейшую мощь» (That Hideous Strength) он, по слухам, и вовсе называл «мерзейшей книгой» (that hideous book) – хотя первую часть «Космической трилогии» хвалил.

А тут я выяснил, что Толкин, оказывается, терпеть не мог ещё и весь нарнийский цикл.

Самое большое негодование у Профессора вызвало то, что Нарния чересчур сказочна – более того, её образность надёргана из самых разных источников. Фавны и драконы соседствуют там с Дедом Морозом и говорящими животными.

Нет чтобы поступить как сам Толкин – создать для своего вымышленного мира стройную последовательную мифологию, пусть даже «в кадре» почти ничего из неё не будет появляться!

Да и если ты берёшь для своей истории мифических существ – ты должен брать их как есть, не причёсывая. Интеллигентный мистер Тумнус ничем не напоминает похотливых и невоздержанных фавнов, в которых верили римляне.

(По мне, очень странная претензия. У самого Толкина эльфы, дварфы и тролли не только мало похожи на свои фольклорные прототипы – они ещё и от книги к книге весьма различаются. Особенно тролли).

Кроме того, Толкин неоднократно писал и говорил, что терпеть не может аллегории, в особенности религиозные. Навязывая читателю «правильное» понимание образов, автор совершает над ним насилие. Вместо этого следует использовать символизм, который любой читатель может самостоятельно приложить к своей жизни.

Волшебный мир, в котором действует прямая и неприкрытая аллегория Христа, Толкину категорически не нравился. Тем более что Льюис, ставший после обращения ревностным англиканином, ещё и толкал в своих текстах версию христианства, которая католика Толкина раздражала до глубины души.


Те, кто читает меня уже давно, вполне могут подумать, будто я написал этот пост, чтобы ещё разок попинать Льюиса. Но нет, на этот раз скорее наоборот.

Хотя в моём личном рейтинге литературы «Хроники Нарнии» стоят ниже не только «Хоббита» и «Властелина колец», но и «Гарри Поттера», причины моей меньшей любви к ним совершенно иные, нежели у Толкина.

Вообще, то, что какая-то книга не понравилась читателю, не делает её плохой. Тем более если этот читатель – Толкин, человек несомненно умный, образованный и эрудированный, но также несомненно консервативный и узко мыслящий, наподобие мистера Норрелла.

И те претензии, которые Профессор высказывал к «Хроникам», мне кажутся необоснованными.

Я когда-то уже писал, что думаю о Нарнии. Это не просто иной мир – это мир иной, пространство фантазий, сновидений, мифов и легенд. Что-то вроде «Царства Снов» Лавкрафта или «мира сказок», где часто оказывались персонажи советских детских книг.

Главные герои не перемещаются в Нарнию физически – они «засыпают» в этом мире и «просыпаются» там, а потом (кроме последней книги) таким же образом возвращаются обратно. Поэтому, сколько бы времени они ни провели в волшебном царстве – в реальном мире не проходит ни секунды.

Естественно, там будут обитать сказочные и мифические создания, в которых верят здесь – и естественно, они будут там смешиваться, а их характеры – отличаться.

И даже Аслан... Он вовсе не аллегория Христа. Это буквально и есть Христос – вернее, один из множества христов, в которых верят христиане. В Нарнии он обрёл иной облик, но его характер остался прежним.

Иногда мне нравится думать, что у Нарнии нет как таковой истории и хронологии. Каждый раз, когда Певенси там оказываются, это другая Нарния – просто на ней остаются следы их предыдущих похождений, потому что их помнят сами Певенси. Поэтому от книги к книге правила чуточку разные, и даже Аслан иной.

Толкину казалось, что «Хроники Нарнии» чересчур небрежно написаны. Но на самом деле они написаны попросту не в том жанре, к которому он их относил.

Это всё равно что высказывать претензии Агате Кристи, почему та всё время оставляет разоблачение преступника на последнюю главу, в то время как другие авторы, наоборот, с самого начала показывают нам, кто злодей, и всю историю демонстрируют его глазами.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив