ТИПА КРЕДО

НЕОТЁСАННЫЙ Я ЧУДИЛА, НЕДОУЧКА, ДУБИНА СТОЕРОСОВАЯ

Сколько себя помню – всегда стремился вырваться из-под чьей-либо власти, пропасть для надзора, ускользнуть от контроля. Не будь тяги к искусству, философии, мистике – стал бы вором, бродягой, бичом.


Получил как дар, безо всякой заслуги, составные моей души и моей башки: скособоченное образное мышление, параноидальное вИдение сиюсекундного среза реальности и духов её населяющих, интуитивное скоморошье-дурацкое восприятие Истории – течений её речушек и ручьёв, цветений-гниений болот, прудов, луж…

Охватить океаны, моря, великие реки Истории – маловато во мне ума и таланта.
Потому и стали любимыми героями детства странствующие Иваны-дураки, богатыри в дозоре – русских народных сказок, Ибрагимы да Синдбады – восточных. Позднее – маргиналы Сэлинджера, посторонний Камю, неприкаянные души Достоевского, Гоголя, Лескова, богооставленные миры Воннегута, страсти-мордасти Мамлеева, дурачок Саши Соколова, алкаш Венички Ерофеева, одиночки Джойса.


Величественные натуры и грандиозные учения, если они непрошено вторгались на остров Я, вынуждали меня уворачиваться, отступать, уходить в подполье, пускаться в реконкисты и партизанские войны. Не терплю, когда рекрутируют, вербуют, когда просвещают и обращают помимо моей на то воли.


Из-под пера моего выйдут безделушки-побрякушки да бусики, какими можно завлечь разве что наивных туземцев-читателей, не испорченных Мировой Культурой-Цивилизацией, выменять у них внимание, время на чтение моих почеркушек-писанин.
Так и буду всю жизнь шататься возле перегонов и полустанков, болтать с пассажирами, вышедшими покурить, глазеть на грохочущие составы. Но сам ни на какой поезд не сяду, никуда не поеду.


И наследство моё будет, в лучшем случае – несколько тощих книжек стишков да рассказок.


Разве что война, какую зло объявит моей стране, православной вере, русской культуре – война вовлечёт в себя.


Или какой одинокий корабль, что вот-вот оттолкнётся от пристани перед кругосветным движением… Пробраться на него зайцем, напроситься в юнги. Ну, как тут удержишься?