Тесть

     Мой тесть Владимир Александрович Концевой появился на свет 6 Августа 1944 года. То есть ещё во время войны. Сразу же всплывают строки из "Доктора Живаго":  "Вдруг кто-то вспомнил, что сегодня/Шестое Августа по старому/Преображение Господне". Родился он в Андрушёвке Житомирской области . Это вроде как город , но он даже сейчас меньше , чем Таруса - 8 тысяч человек. У матери он был старшим (но отцы там разные). За ним лет через 9 шёл дядя Вася . Ближе к старости они стали очень друг на друга похожи (занятно , что у того и день рождения на следующий день) , но тесть оказался много толковее , соответственно большего и добился. Потом ещё у них был ещё один брат, много их моложе. Он уехал на БАМ и там умер. Правда у него семья осталась , но сын этот оказался инвалидом и сейчас тоже умер. Грустная какая-то история. Потом недавно выяснилось, что у них ещё и сестра имелась. Я это совсем недавно обнаружил, когда узнал , что она умерла.
                     

   Мы познакомились, когда ему было ещё 59 лет. То есть он был моложе меня нынешнего, и хотя выглядел лучше, чем я сейчас (не был лысым, и лицо тогда ещё было совсем без морщин), но казался уже очень слабым. Одного пальца на левой, кажется, руке у него не хватало:  когда -то уже на "гражданке" распсиховался, взял в руку гранату, и она у него немного подорвалась. В нём вообще совмещались какие-то странные качества: крестьянская простота с прямо такой нежной интеллигентской чувствительностью. Может быть сочетание разных ген?

           

  В детстве тестя почему-то воспитывала «бабка» . По его рассказам уже с 6 лет он пас коров и курил махру . Однажды к нему приехал двоюродный брат из города, и кроме как этой махры удивить того было нечем. Однако после курения кузена так тошнило, что он больше в жизни табака не пробовал. Правда пил , говорят, как сапожник.

 

     Детство у них в Андрушёвке было страшное, многие дети как-то совсем по-дурацки погибали: как девочки , так и мальчики. Однако учился тесть всегда хорошо, несмотря на сложную жизнь. И это было заметно по его основательным знаниям математики и физики (в основном электрики , с которой он был потом связан по работе). К старшим классам у бабушки уже не хватало денег и он пошёл работать в какую-то местную бригаду грузчиков. Однако директор школы прямо туда пришёл и просил его вернуться. В общем местные мужики скинулись, дали ему денег, и он опять пошёл доучиваться. А после десятилетки они со школьным другом поехали поступать в институт. Скорее всего они двинулись в ближайший крупный город - Житомир. Но точно не знаю. Впрочем тёща подтвердила. Сперва они оба поступили в какой-то технический институт. Но когда уже стали определяться в общежитие , выяснилось, что у тестя на такое житьё не хватит денег. И они решили поступать в военное училище. Пришли туда такие два хохла с фанерными чемоданами (у тестя даже чемодана не было - вещмешок), а там уже часть экзаменов прошло. Они увидели какого -то главного офицера и жалобно заныли : "Дядька , разреши всё сдать!". Генерал над этими чучелами из села посмеялся и разрешил. В общем они всё успешно сдали и были зачислены. На русском тогда тесть мой ещё толком не говорил, но потом как-то совсем забыл украинский. Друг тестя потом где-то умудрился заработать мениск и его из армии списали. Он тогда пошёл работать на шахту, и там трагически погиб: вот ведь судьба!

                     

    Ну а тесть благополучно закончил училище, и даже две академии по разным специальностям : одну в Харькове, а другую в Ленинграде. Вспоминал он эти годы часто и с удовольствием. В Ленинграде его пригласили в аспирантуру , но в части, где он служил, не отпустили , пришлось вернуться , о чём он всегда очень жалел.

                       

        Почему-то он всегда повторял , что начиная с 1975 года Советская армия закончилась. Откуда такая граница я так и не понял. Но тесть рассказывал, что ему приходилось попадать в части , где старшего по званию вообще не слушались. Приходилось там наводить порядок, что очень непросто. Ещё нравились его фотографии с солдатами, которые совсем не выглядели замученными: с дедовщиной тесть всегда боролся и считал, что виноваты в ней младшие офицеры. Служил он практически всегда в Прибалтике и умел договариваться по поводу хороших переводов. Девок у тестя было много, он даже имел целый альбом с фотографиями: парнем он всегда был бойким , а таких бабы любят. Имелась у него и юношеская любовь , но на чём -то они там случайно поссорились, да так и не помирились . Рассказывал он (перелистывая альбом с фотографиями) о какой-то девушке, которая очень любила симфоническую музыку. Из -за этого они в итоге и разошлись. С моей тёщей они познакомились на танцах, она тогда была студенткой младших курсов педагогического. В общем так она в итоге и не доучилась : прямо с танцев поехала с ним в часть.

                   

   Бабушка его потом умерла. И он всех просил, чтобы оставили от неё самовар , икону … а вот что ещё уже не помню. Когда приехал , ничего уже из списка не было. Как говорится, ноги приделали.

                 

   Как служивого, тестя часто посылали по командировкам. И как он рассказывал, для него в любом городе было два важных места : музей и церковь. Не знаю правда ли это - времена были советские, а тесть любил иногда приукрасить. Однако даже то, что он это говорил , выдавало в нём человека с душой и умом. А вообще в детстве он с бабушкой ходил на все церковные службы и многое из них тогда помнил.

                     

   Жил тесть шустро : сперва у него был мотоцикл с коляской , а потом уже разного рода машинки . Возился он со всем этим самостоятельно в гараже. Однажды что -то там заваривал и машина загорелась. Так он её тушить начал. Затушил в итоге, но на ногах получил страшные ожоги.

             

    Однако совсем уже его доконал запущенный и плохо прооперированный аппендицит . Он был настолько уже плох , что тёща сказала маленькой ещё в то время жене , что отец скоро умрёт . Но он -таки всем назло выжил. Однако с тех самых пор всегда страдал здоровьем и вышел в отставку в звание подполковника. Когда ушёл со службы, выбрал для жизни латышскую Елгаву. Там семье дали неплохую квартиру, но в туалет надо было идти наружу, а ночью это страшновато-то. Затем тесть устроился зам директора в каком-то строительным тресте , получил уже 2-х комнатную квартиру в пятиэтажке. Но тут Латвия от СССР отделилась и начала теснить людей не знавших местного языка . Тестя хорошо задвинули , но на каком-то уровне он всё же квалификационный экзамен сдал, и получил сертификат. Однако всё это немало потрепало людям нервы и его лучший друг умер.

                     

  Приезжал он к нам с тёщей и без неё довольно часто , оставался порой на несколько месяцев , что-то чинил и надстраивал в нашем первом доме. Как-то нашли его у американского соседа, где они вместе разбирали газонокосилку , объясняясь на пальцах. Были они с тёщей и у нас на свадьбе, хорошо сошлись с нашим батюшкой - отцом Николаем: тот показал тестю что значит открытый бар.

                         

   А ещё он меня удивил , когда дважды выиграл в шахматы у одного моего друга- умного дядьки , кандидата наук, регулярно в этой игре практикующегося. Потом однажды у меня на работе случился аврал, и я сидел - чинил код до 2-х ночи . Тесть устроился за моей спиной и с интересом за мной наблюдал . Как-то, когда он у нас долго гостил и всё ему видно надоело , он взял и потихоньку выпил у нас бутылку дорогого коньяка, который подарил мой кузен. Приходим домой - коньяка нет и тесть подозрительно весёлый. Долго потом не сознавался: прямо как школьник. Хорошо, что я тогда вообще не пил , а потому обидно не было.

                       

    Угасал тесть как-то постепенно, всё меньше разговаривая, а больше слушая во время наших сеансов прямой связи. Мы ещё успели вдвоём с Сашкой съездить к нему на 70 летие. Жена была уже на 8-ом месяце и поехать не решилась . Круглую дату особенно не отмечали , но ходили как-то в центральное кафе, где к нам подсел хозяин : оказывается они друг -друга знали. Застал тесть даже и младшую нашу дочку Вику , она ему очень нравилась . Но приехать уже не мог : только с экрана видел. Когда он совсем окончательно угас и умер в больнице, мы полетели самолётом всей семьёй . Вике ещё не было и годика , так что лететь с ней было сложно. Под конец полёта меня уже знал по имени не только весь экипаж, но такое впечатление, что и все пассажиры. Не все на меня смотрели по-доброму, но уважение читалось в каждой паре глаз.

                     

 Слава Богу , устроить сейчас похороны просто, если имеются деньги. А стоят похороны в Латвии натурально раз в 20 дешевле , чем в Штатах. И всё прошло прямо так хорошо как я бы хотел было у меня. Впрочем теперь уже мне хочется просто в колумбарий, подальше от дома, но с отпеванием. Нравятся мне колумбарии: они как советские доски почёта, и родственникам не зачем ухаживать не надо. А у тестя гроб  на ночь поставили в преддверие красивой голубой церкви Симеона и Анны , потом отпели, отвезли на местное кладбище, где дьякон прочитал молитву и поехали на поминки в ресторан. Там собрались аж 5 внуков и прочие родственники, включая друзей семьи . Каждый вставал и что -то интересное вспоминал. Ещё во время отпевания я заметил слёзы на глазах бывшего его зятя (бывшего мужа снохи). Он знал тестя с самой молодости, и ,наверное, эта вот самая его молодость сейчас навсегда уходила.

                 

  Хорошо всё прошло. Даже дядя Вася - его брат сводный приехал из подмосковного Коврово. Через несколько лет он тоже умер, даже не дожив до 70-ти лет. А тестю через год поставили красивый памятник с высеченным его портретом.
                                           
 Тесть, я и Сашка на его 70-летие. Через год его не станет: