Стражники Башни

топ 100 блогов novayagazeta — 09.07.2014

Творение инженера Шухова спасли не ведомства, а люди.

Третьего июля в 15:17 на сайте Министерства культуры появилось короткое сообщение под заголовком «Шуховская башня не будет демонтирована». В первом абзаце анонимный автор из ведомственной пресс-службы рисовал картину единения Минкульта, Минсвязи и правительства Москвы в вопросе сохранения Шуховской башни. Во втором сообщались детали: правительство приняло решение, что Минсвязи должно за свой счет осуществить антиаварийные меры для защиты Башни. Будет объявлен международный конкурс на проекты по реставрации Башни и ее дальнейшему использованию.

Новость о заметке мгновенно облетела активистов, все последние месяцы боровшихся за сохранение великого творения инженера Шухова. Запрет сноса, антиаварийные меры, независимая экспертиза, реставрация, создание вокруг Башни живого кластера русского авангарда — это то, что они предлагали. Одновременно — в этот же день и за несколько дней до этого — многие активисты получили одинаковые письма из Минкульта и Минсвязи с сообщением, что Башня снесена не будет, предстоит реставрация. Это были ответы на их обращения.

Убийство не состоялось. Демонтаж Шуховской башни, на котором настаивали и который лоббировали мощные силы, — не прошел. История Башни еще не подошла к концу, ей еще многое предстоит, в том числе праздник столетия в 2022 году. Тогда, наверное, в торжественном спиче будут упомянуты и несколько месяцев 2014 года, когда шла битва за ее спасение.

Что все-таки происходило на наших глазах все эти месяцы, с чем мы имели дело? В одной англоязычной газете были названы компания-заказчик сноса и захватчик территории в центре Москвы, а также крупный чиновник, связанный с этой структурой. Противостоять таким структурам и таким людям, замыслившим захват земли, в современной России трудно, практически невозможно, чему имеется множество примеров; но тут была особая ситуация. Активисты защищали Башню, а Башня, в свою очередь, своим авторитетом и своей всемирной известностью защищала и поддерживала тех, кто боролся за нее.

Маленькая заметка на ведомственном сайте должна означать, что вопрос закрыт. Но вопрос открыт, и вопросы остались. Как израсходованы 100 миллионов рублей, выделенных на реставрацию Башни? Почему Минсвязи долгое время не предпринимало никаких действий для сохранения вверенного ему памятника инженерного искусства? На каком основании Минсвязи выступало как инициатор и лоббист уничтожения символа Москвы? Каким образом организована работа правительства, если один из его министров и одно из подразделений безбоязненно и безответственно долгое время проповедуют явное и оскорбительное для москвичей варварство? Все эти вопросы большими буквами и кричащей красной краской были написаны на плакатах в руках людей, стоявших в пикетах на Шаболовке, пришедших на митинг на Красную Пресню. Где ответы?

Бюрократия видит историю по-своему. Для бюрократа история — это встреча Иван Иваныча с Иван Никифорычем в министерском буфете и размашистая резолюция Дмитрий Анатольевича на бумаге Сергей Петровича с указанием Валерьяну Никифорычу. Краткая, написанная на канцелярите заметочка на сайте Минкульта не содержит в себе и намека на то, что во всей этой удивительной истории о запланированном убийстве и чудесном спасении есть люди. А между тем Башню спасли не ведомства, а люди. Башню спасли сотни активистов, которые стояли в пикетах, писали и печатали листовки, на свои деньги организовывали митинг и упорно писали письма всем, кому только можно: в Минкульт, в Минсвязи, в мэрию, в правительство… Башню спасла Светлана Астраханцева, которая создала в «Фейсбуке» группу, ставшую центром информации и координации. Башню спасла Лилия Верпаховская, которая целыми днями разносила и раздавала листовки в окрестностях Башни. Башню спас Айрат Багаутдинов, многократно собиравший уменьшенную копию Башни на улицах Москвы, чтобы показать людям изящество и прочность гиперболоидной конструкции. Башню спас Алексей Петухов, написавший впечатляющее письмо членам общественного совета Минсвязи, который заикнулся было о сносе. И это письмо рассылали членам совета, требуя от них думать о Башне и о своей репутации.

Сейчас, когда варваров вынудили отказаться от сноса, никто из них не извинился перед Москвой и страной. Никто не признал публично и честно, что многомесячная кампания за снос была преступлением. Все они остались на своих местах: и министр Никифоров, почему-то посчитавший себя вправе ломать то, что не строил; и замминистра Волин, заявивший уже после решения о реставрации Башни о том, что ее все равно придется убирать через несколько лет; и пресс-секретарь РТРС Степанов, обвинявший противников сноса в истерике и самопиаре. Я видел этого господина у метро «Шаболовская», он пришел посмотреть на пикет сторонников Башни и говорил всем, кто его спрашивал, что снос — дело вообще-то решенное. Теперь он молчит.

Я видел все этапы этой борьбы, стоял рядом с пикетчиками, разносил листовки по тихим дворам, вступал в беседы с шоферами «Газелей», которые в своем уважении к инженеру Шухову и понимании ситуации оказывались несравнимо мудрее и умнее министерских чиновников, слушал выступления ораторов на митинге и знаю, что для всех было самоочевидно одно важное обстоятельство. На самом деле это была борьба не только за Башню, это была борьба за одну из тех вещей, которые никак нельзя допустить без ущерба для себя. Мы и так уже очень много таких вещей допустили, мы допустили снос старой Москвы классических особнячков и исконных дворов и переулков. На наших глазах под нож пустили дом Сухово-Кобылина, и дом Плещеева, и дом Герцена, и дом Алябьева, и дом Плевако, и ректорский дом на Моховой, так, словно целью погромщиков было вытравить из Москвы саму память о ее людях и ее человеческом духе. Но в придачу ко всему оказаться свидетелем сноса Башни Шухова — и жить как ни в чем не бывало в обезглавленной и испохабленной Москве?! Это невозможно.

Они все на своих местах и при своих непрозрачных делах, эти лоббисты демонтажа и апологеты сноса. Я думаю, они даже не понимают всей глупости и низости того, что делали, — и видят во всем, что случилось, всего лишь легкую промашку в манипуляциях и интригах. Людей во всей этой истории они не видят и не знают и знать не хотят, люди для них безразличны и не существуют, а если вдруг проявляют активность и вступают в борьбу, то они объясняют это себе только теми мотивами, которые работают в них самих: самопиар, за деньги… И поэтому ничего еще не закончено. И поэтому рыцари и стражники Башни не должны сводить с нее глаз. Потому что антиаварийные меры поручены тем, кто только что глумливо утверждал, что никакие антиаварийные меры Башне не помогут. Потому что под видом открытого конкурса может возникнуть закрытое общество любителей элитного жилья. Потому что стоит отвернуться —  и злые духи тут же снова слетятся к ажурной Башне инженера Шухова, желая уничтожить ее.

Алексей Поликовский
Обозреватель «Новой»

Оставить комментарий

Архив записей в блогах:
Уважаемые сообщники! Такая ситуация - дочка  просит волнистого попугайчика. Мы, в принципе, не против. Но есть кот, перс, 4 года. Абсолютная флегма, но не ...
Небольшая, но весьма и весьма достойная выставка в галерее «Наши художники». Хотелось чего-то камерного и максимально безлюдного, вот оно там и было. Просто утро, будний день. Из википедии: «Борис Петрович Свешников (1 февраля 1927, Москва - 6 октября 1998, там же) русский живописец, ...
На недавнем аукционе Spink был продан интересный лот - осадная монета Скарборо. Карл I (1625-1649), выпуски гражданской войны. Осада роялистского Скарборо, шиллинг, тип III. Монета была продана за 30000 фунтов ...
Нашумевший анонс фильма, в котором Владимир Путин рассказывает о присоединении Крыма к России, спасении Виктора Януковича и других деталях событий годичной давности, оставил вопрос: когда именно смотреть эту картину в эфире? «МК» узнал подробности. Съемки картины длились восемь месяцев ...
Началось пекло, в 9 утра уже 25. Вчера на градуснике, который оказался на солнце , было 46 градусов... Муж сидит в гамаке и занимается всякими глупостями, например, проходит тесты, определяя, что я из себя представляю… Мне смешно, я спрашиваю «Вань, ты до сих пор не понял, с ...