sharing is not caring

logofilka — 29.03.2018 Ко мне периодически обращаются с вопросом, можно ли дать мою контактную информацию родственнику/знакомому/соседу/клиенту, который присматривается к иммиграционным возможностям. И я обычно отвечаю стандартно: "Попросите заинтересованное лицо написать мне о своих обстоятельствах, я посмотрю, могу ли быть полезной." Примерно в половине случаев за таким ответом следует вопрос коммерческого характера - "А сколько Вы мне заплатите, если я пришлю Вам клиента?" В этот момент у меня появляется блестящая возможность укрепить спрашивающего во мнении, что все адвокаты - жадные и циничные хапуги, потому что на вопрос я всегда отвечаю "нисколько."

Поскольку услышав такой ответ рекоммендующий интерес ко мне обычно теряет, у меня редко появляется возможность объяснить, почему же я не хочу отстегнуть немного от своего адвокатского гонорара. Мотивация же нежелания делиться уходит корнями в традиции легальной системы США вообще, и всей англосаксонской системы в целом.

Прецедентное право требует от адвоката не просто знания закона, но и навыков интерпретации. Поэтому когда потенциальный клиент мне язвительно пишет что-то вроде "странно, что Вы так считаете, а вот другой адвокат считает иначе" - я отвечаю, что ничего странного в этом нет. Даже если мы оперируем одним и тем же положением закона, система прецедентного права вполне позволяет нам прийти к противоположным выводам. Соответственно, за десятилетия существования англосаксонской правовой системы сформировалась традиция выбора адвоката по критерию созвучности именно его интерпретации именно Вашим индивидуальным обстоятельствам. Поэтому, скажем, в некоторых Штатах адвокатам до сих пор запрещено публиковать расценки на ведение дела или называть цену, не ознакомившись со всеми обстоятельствами клиента - считается, что каждая легальная ситуация настолько уникальна, что адвокат не может оценить ее универсальными критериями. Таким образом, структура взаимоотношений адвоката и клиента в этой традиции сформировалась так, что от клиента ожидается осмысленный и сознательный выбор именно этого адвоката, с которым клиент строит доверительную коммуникацию, а адвокат интерпретирует обстоятельства клиента с применением своего знания законов и индивидуальных навыков интерпретации.

До относительно недавнего времени предполагалось, что клиент не может полностью понять позицию адвоката, глубину его знаний, и "вектор" интерпретации, которую он будет производить в легальном процессе, если клиент не сделал выбор адвоката самостоятельно, а воспользовался прямой рекомендацией третьей заинтересованной стороны. Поясню на совсем упрощенном примере. Клиент пришел к бухгалтеру заполнять налоговую декларацию. Бухгалтер говорит: "У Вас здесь есть проблема, Вам нужен налоговый адвокат, обратитесь вот к этому." И прямо направляет клиента к очень определенному адвокату, не упомянув даже, что клиент может проконсультироваться у любого другого, и что рекомендованный адвокат не лучше и не дешевле сотни других адвокатов. Эта совершенно обыденная ситуация регламинтируется уставом всех Штатовских коллегий и описана в кодексе адвокатской этики. Коллегия видит своей задачей защитить потенциального клиента от ситуации, когда ему не предоставлено свободы выбора адвоката и выбор за него, по сути, делает третье лицо.

Хотя ни один лицензирующий орган не может запретить не-адвокатам давать рекомендации и отправлять клиента к определенному адвокату, тем самым сделав за него выбор, коллегии всех Штатов, кроме Калифорнии, включили в устав положение, прямо запрещающее адвокатам платить кому угодно за "поставку клиентов." Хотя правило и базируется на архаичной традиции, за ним остался тот же принцип: адвоката можно рекомендовать на основании своего личного опыта успешной работы с ним или объективных данных, полученных в результате сотрудничества с этим адвокатом, но нельзя рекомендовать потому, что он вам платит за каждого приведенного клиента. Потому что в этом случае возникают обоснованные сомнения в истинной мотивации такой рекомендации.

Теперь о том, насколько серьезно коллегии относятся к надзору за соблюдением этого правила. В последнем выпуске дисциплинарного вестника аризонской коллегии описан случай адвоката, попавшего под санкции. Адвокат договорился с представителем одной общественной организации, которая оказывает социальную поддержку жертвам несчастных случаев, временно лишенных возможности работать, о том, что обращающихся в эту организацию пострадавших будут отправлять к именно этому адвокату. А он, в свою очередь, будет составлять иски против тех, по вине кого произошел несчастный случай. В ходе дисциплинарного разбирательства адвокат пытался говорить, что не знал, что сотрудник организации рекомендует только этого адвоката - он, якобы, думал, что у организации есть список адвокатов, который дают всем заинтересованным клиентам. А его платежи наличными за рекомендацию, по мнению адвоката, были благотворительными пожертвованиями на нужды организации. Коллегия такое объяснения не приняла, в результате адвокат заплатил штраф, получил публичное взыскание, и год может вести дела только под присмотром другого практикующего адвоката.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив