С войны

Артём УСТЮЖАНИН / E1.RU

Возвращались тихо: без казачьих братаний, молебна, встречающих и речей. Поезд Новороссийск — Нижний Тагил прибыл в Екатеринбург в шесть утра. Несколько людей в камуфляже, заслоняя капюшонами лица, вытащили из плацкартных вагонов тяжелые рюкзаки, увидели вдалеке журналистов — и бросились в подземный переход прочь (после торжественных проводов отряда имена и фотографии нескольких его участников попали в украинский список «русских террористов», после чего добровольцы журналистов крепко невзлюбили). Остальные, в штатском, просто растворились в толпе.

Отряд провожали в «Новороссию» месяц назад, 11 марта, когда Минские соглашения о перемирии уже были подписаны. 50 человек из современного Уральского добровольческого корпуса собрались под памятником воинам добровольческого танкового корпуса времен Великой Отечественной. Речи, братания, казачий танец и торжественное вручение удостоверений показали по всем каналам, так что добровольцы засомневались, доберутся ли до Луганска живыми. Впрочем, проблем не возникло даже на границе: командир отряда «Призрак» Алексей Мозговой лично встретил вагон добровольцев на перроне в Ростовской области и отвез в «ЛНР».

С Мозговым Владимир Ефимов, командир уральского отряда, председатель Свердловского фонда ветеранов спецназа, атаман Исетского линейного казачьего войска и бывший командир батальона спецназа «Черные волки», договаривался об отправке добровольцев задолго до подписания перемирия. Отменять ничего не стал: в мир не верил.

Все пошло не так почти сразу. Как рассказали мне добровольцы, в «ЛНР» отряд разместили в Комиссаровке под Алчевском в заброшенной, полуразбомбленной тюрьме. На фотографиях в телефонах уральцев — стены в дырах, двухъярусные нары, разбитый кафель.

Войны не было. Добровольцев отправляли охранять блокпосты, стоять в карауле, сторожить склады. Еду готовили сами, бани не видели месяц, в тюрьме стоял холод. Один из уральцев попал в больницу с воспалением легких, другой застудил уши. Большинство переболело ангиной.

Местные жители относились плохо, бойцы Мозгового воспринимали пришлых людей с оружием еще хуже. Никаких документов им не дали, старые автоматы выдавали только на время дежурства, те, что добровольцы отказывались потом сдавать, пытались отбить силой. Трижды добровольцев разоружали.

Зарплату в отряде не получали (да и не рассчитывали: «Колхоз — дело добровольное», — сразу предупредил Ефимов). Форму, оборудование и билеты в одну сторону купили спонсоры. Перед отъездом Ефимов поблагодарил их публично, и бизнесмен, обещавший обратные билеты на весь отряд, испугался этой огласки и возможных санкций. Билеты не купил. В результате командир публично объявил сбор денег на обратные билеты для добровольцев. По оставленному им телефону звонили много, но только с Украины: проклинали и материли.

За день до отъезда отряд передислоцировался в «ДНР». Там отношение было лучше: гостиница, двухместные номера, боевые дежурства.

Три тысячи на плацкарт до дома присылать пришлось женам и матерям. 19 человек выехали с Ефимовым в воскресенье, еще десяток уехали раньше, остальные остались в Донецке: кто-то не нашел денег на билеты, кто-то решил остаться воевать. Начальник поезда Анна Кошелева сообщила журналистам, что всего в поезде ехали 180 ополченцев и «кадровых военных». Военных я видела всего трех. По их словам, возвращались они в часть оттуда же, откуда и добровольцы.

…Минут через 15 после прибытия поезда на вокзале было уже пусто, только бродила в поисках людей в камуфляже опоздавшая съемочная группа и ждал поезда доброволец из Ханты-Мансийска Юрий (имя изменено). Спокойный, осунувшийся, в темной куртке, неотличимый от прохожих, бывший пожарный и милиционер Юра ждал своих армейских товарищей, стоял на ступенях вокзала, щурился на апрельское солнце. «В шесть утра завтра домой приеду. В семь уже жена на работу уйдет… Она меня из армии ждала, из Чечни ждала, теперь опять ждет… Дочку увижу. Первым делом дома шашлыка съем, я тушенку месяц видеть не смогу».

Через месяц Юра собирается назад в Донецк. «С делами разберусь, денег заработаю — и поеду. Сам, без отряда. Я же все видел, знаю уже, куда еду. Теперь надолго, наверное. Автомат брать не буду, хватит. В пожарку пойду, я пожарным долго работал, там люди всегда нужны. Воевать не хочу больше, людям помочь еду».

Почти все добровольцы из отряда Ефимова собираются вернуться в «ДНР» сразу, как закончится перемирие. А в Свердловском фонде ветеранов спецназа готовится отправка на Донбасс еще сорока новичков.

Елена Рачева
Специальный корреспондент