Раннее детство. Часть 5.

    Бабушка сидела со мной дома где-то до моих лет четырёх. Вообще по складу характер я был всегда тихим домашним ребёнком.  Однако жизнь сложилась как -то в разрез с изначальными склонностями. Короче ни в какие там коллективы я вливаться не хотел: мне и с бабушкой было очень хорошо.  Но потом, как мама говорит, бабушке стало тяжело по возрасту за мной ухаживать. Мама нашла какую-то бабульку, чтобы та со мной гуляла. Но та как-то плохо гуляла: я с ней зашёл в лужу и вернулся с мокрыми ногами.  Тогда мама нашла какую-то прелестную женщину, которая гуляла с группой разного возраста детей по Гоголевскому бульвару. Надо было только давать с собой еду . Женщина была очень доброй и искренне любила детей.

   Однако позже, когда мне было уже ровно 4 года, мама нашла какой-то вновь открывшийся детский сад в переулке Островского.  Я даже помню как она туда подходила уже поздно вечером, когда мы все втроём (я , мама и папа) гуляли в окрестностях.

           

    Сперва мне там вроде даже как понравилось.  Только вот спать в тихий час не хотелось и приходилось тупо лежать ,закрыв глаза.  Воспитательниц было две - Валентина Никифоровна и Людмила Осиповна (смешные какие-то теперь уже кажется имена).  Осиповна казалось пожилой уже женщиной и с ней было лучше. Помнится ,что в довольно просторной комнате были окна во всю стену с фрамугами, а рядом на полу лежал ковёр и было много всяких игрушек типа нового самосвала , пахнувшего эмалью. Эти фрамуги, когда я был уже в более старших группах, воспитательницы использовали очень изобретательно: откроют их зимой надолго и детей рядом посадят. Потом пол-группы болеет ,а остальная половина на карантине. Воспитательницам при этом работать не надо, а деньги платят. Дети все сидели по четыре человека за квадратным столом: каждый на своей стороне.  Рядом со мной сидел мальчик по имени Миша Звёздин - редкая ябеда. Вот с тех самых пор я очень стал не любить всех стукачей и предателей.  Но жизнь его наказала. В Новый Год на представление дедом Морозом была переодетая Осиповна.  И вот под самый конец уже раздаёт она подарки ,а одному мальчику (самому последнему в ряду) подарка не хватает.  И тут вдруг дед Мороз говорит уже голосом Осиповны "Да это же мать Миши Звёздина не сдала деньги на подарок!", подбегает к парню и подарок у него цап. Тот естественно в слёзы.

                         

    Ещё была там девочка Оля Дробова (думаю, что помню её имя от того, что его запомнили родители), которая была чуть постарше нас и пошустрее, а потому на радость воспитателей кормила соседей своей ложкой.  Оля была крупная и не очень красивая, но добрая.  Помню как-то я ей рассказал, что потерял деревянную фигурку эскимоса. А она в ответ удивлённо проронила: "Эскимо - это мороженное".  Кормили нас там скверно: какие-то сухие гречневые каши в молоке, подгоревшая запеканка и прочая гадость. Думаю ,что поворА там хорошо воровали.  В какой-то момент мне почему-то не захотелось есть котлеты. Я обратил внимание, что некоторые дети отказываются от какой-то пищи, говоря ,что у них диатез. Ну и я ,когда мне давали котлеты, стал готовить, что у меня диатез и мне их не давали. Потом мне почему-то опять захотелось есть котлеты и я пожаловался папе, что мне их не дают.  Отец пришёл в детский сад, а они ему что-то про диатез. Отец их ,конечно же, поднял на смех:  Какой там диатез от котлет?! С этих пор Никифоровна меня возненавидела и называла предателем.  Вот интересно, что я никогда не держал зла ни на одного из своих учителей: ведь я им хоть как-то мог ответить. Но эту суку, издевающуюся над беззащитными детьми, я запомнил на всю жизнь. Надеюсь ,что Бог ей за всё потом воздал. Надо сказать, что большинство из воспитательниц относились к нам безразлично: даже по фамилии не очень знали, не говоря уж об имени.  Однако попадались такие ,которые привязывали детей зимой шарфами к металлическим столбам веранды или снимали перед всеми трусы в наказание. Одну такую гадину потом всё ж -таки выгнали без права работать в детских учреждениях.  Директриса же была равнодушной худой женщиной с серым лицом и у неё даже прикреплённые врач с медсестрой детей не любили. Может и правда время такое было.

                       

     Единственной по настоящему хорошей и в меру строгой воспитательницей была Светлана Ивановна.  До сих пор помню её веснушчатое не очень красивое лицо и шапку с красно-белыми полосами.  Она была матерью одиночкой , воспитывающая сына - ученика младших классов. У Светланы Ивановны в группе всегда был порядок и всех детей она знала очень хорошо.  Но неожиданно она исчезла. Позже выяснилось ,что женщина была наводчицей и её посадили.

                       

     Это был самый центр Москвы, вокруг детского сада располагалось множество разных посольств в старинных русских особняках. Прямо напротив садика было тоже какое-то красивое посольство. Иногда там был праздник и туда съезжались  иностранные машины. Их объявляли по какому-то громкоговорителю и они подъезжали одна за одной. Дверь открывалась и был виден красивый освещённый вестибюль. Прямо как в сказке про королей и принцесс. Может быть это и случилось -то один раз, но произвело в детстве очень сильное впечатление.

                         

    Между тем я был уже с детства активным мальчиком. Я придумал какое-то общество, пытался в него кого-то включить, сделал картонные медали и кому-то их раздавал. Моим соперником оказался самый сильный в группе парень - Юра Франк. Когда подросли я ему мстил тем ,что писал печатными буквами письма ,а его воспитательницы заставляли читать.

                                         

    В какой-то момент в группе появилась очень красивая популярная девочка Оля. В неё влюбились все мальчики, но только я один решился подойти и честно сказать: "Я в тебя влюблён!".  Она от такого признания очень смутилась.

                       

    Туалет у нас там был общий для мальчиков и для девочек. Так сказать унисекс, хотя таких слов в то время не знали ещё даже взрослые. Помню как три девчонки из нашей группы прятали мой берет из шкафчика для одежды и весело кричали "Дядя берет, иди в туалет!".  Теперь даже моя самая младшая дочка, которой едва исполнилось 6 лет знает эту присказку.

               

   Соседкой по шкафчику у меня была девочка Мая.  Мы прятали друг друга одежду , а потом друг на друга жаловались. Это было забавно.  Однажды мы с папой двигаясь в сторону детского сада, столкнулись с нашей воспитательницей, идущей почему-то в противоположную сторону. Не помню в чём там было дело, но она с нами поздоровалась и пошла дальше.  Когда пришли в садик и папа оставил меня, мама Маи сидела и почему-то ждала эту воспитательницу. А потом спросила ребят кто её видел. Я ,естественно, сказал ,что видел. На что та грубо оборвала: "Не ври: ты пришёл позже нас!".  Это было моё первое и несправедливое обвинение во лжи.  Я вообще потом по жизни врал крайне редко. Мне стало обидно и я подумал "Вот сука!", но вслух ничего говорить не стал.

                         

    С какого-то момента у нас появилась крупная женщина в возрасте - музыкальный работник. Мы с ней разучивали песни и представления. Она очень быстро заметила, что у меня хороший слух.  Мы там что-то репетировали под песню "Яблочко" ,изображая матросов, влезающих по канатам. Потом однажды пришли какие-то люди и отобрали меня для капеллы "Мальчик". Но родители не захотели меня туда отдавать. А вот один из "Машины Времени" - Петр Подгородецкий туда пошёл и был там счастлив.

                       

   А ещё одна из мам нашей группы стала заниматься с нами английским языком.  До сих пор помнюй смешные стишки, которые мы там учили. Она меня тоже выделяла, говоря ,что у меня хорошие способности. Но на самом деле способностей к языку у меня никогда не было: просто я был более развитым ребёнком ,чем все остальные.
                             

                     

     

(Продолжение следует)