ПТР не панацея от блицкрига

omar79 — 19.05.2025

Приветствую уважаемых посетителей моей странички, а подписчиков тем более. Одним из распространенных заблуждений о Великой Отечественной войне, является миф о высокой эффективности противотанковых ружей в борьбе против бронетехники. Конечно, любители военной техники и истории в курсе этого. Но многие люди пребывают в уверенности, что ПТР было высокоэффективным средством советской пехоты против бронированных кулаков вермахта. Поэтому эта статья скорее полезнее для человека, который серьезно не увлекается военной историей. Я не открываю новую страницу в отечественной историографии, на эту тему писали многие историки и публицисты. Одним из первых затронул эту тему историк Исаев Алексей Валериевич в своей книге "Десять мифов Второй мировой". Кстати, очень советую прочитать эту книгу, для улучшения общего кругозора.

В "славные" 80-е и 90-е годы обычно отсутствие ПТР на вооружение РККА объяснялось недалекостью Сталина и его окружения, особенно почему-то доставалось маршалу Кулику. Ну если верить «журналистам» именно он был злым гением — он запретил ПТР, он прекратил производство сорокапяток и дивизионок, он был против автоматов. Но посмотрим как реально обстояло дело в части противотанковых ружей.

Начну с того, что само по себе противотанковое ружье было в то время вооружением слабых в военном отношении стран. Если взять Германию, то антитанковые ружья выпускались в ограниченном количестве и не пользовались особым успехом. В СССР к ПТР было неоднозначное отношение, в связи с наличием многочисленной ствольной артиллерии. На вооружение РККА стояла противотанковая пушка калибром 45 мм. Ее бронепробиваемость  была достаточной на конец 30-х и на начало 40-х гг., так как у всех вероятных противников страны Советов на вооружение были танки с малой броневой защищенностью. Исключение составляли немецкие танки Pz-IV, но на начало войны их было не так много, английские пехотные танки «Матильда» и некоторые французские танки. Не будем брать в расчет технику Англии и Франции. Все остальные немецкие танки не обладали достаточной бронезащитой против этой пушки. Она вполне удовлетворяла военных и по бронепробиваемости и по маневренности. Также на вооружении Красной Армии имелась и другая ствольная артиллерия, которая была способна бороться с бронетехникой противника. Например, дивизионное орудие Грабина Ф-22 и Ф-22 УСВ. Стоит отметить, что у нас вначале 1941 года запустили в производство противотанковые 57-мм орудия ЗИС-2.

Поэтому в СССР перед началом войны особой заинтересованности в разработке такой системы вооружения не было, хотя имелись некоторые наработки. К примеру, имелось противотанковое ружье Рукавишникова калибром 14,5-мм. Но результаты стрельб этого ружья с применением патрона с пулей Б-32 были плачевными. На полигонных испытаниях в 1940 году ПТР Рукавишникова с 400 м. пробило по нормали броневой лист толщиной 22 мм. Но на дистанции 200 м и 100 м при испытаниях лист толщиной 30 мм пробит не был вообще. Хотя по расчетам должен был быть пробитым. Проблема была в недостаточной бронепробиваемости 14,5-мм патрона с пулей Б-32 со стальным сердечником. Иным вариантом была 23-мм пушка Таубина-Бабурина. Она весила 78 кг, и монтировалась на том же колесном станке, что и ружье Рукавишникова. Было принято решение работы над ПТР приостановить, поскольку «результаты с пехотной пушкой Таубина-Бабурина с приемником на 9 патронов более предпочтительны». Но в последствии и этот вид оружия не был принят в производство из-за сложности конструкции.

С началом Великой Отечественной вооруженные силы нашей страны потеряли огромное количество артиллерии в западных военных округах. Большие потери в боях понесли как артиллерия общевойсковых подразделений, так и отдельные противотанковые артиллерийские бригады РГВК. Вот в связи с этим и было принято решение о форсировании работ по разработке отечественных противотанковых ружей. В итоге приняли на вооружение аж две системы. Дегтярева и Симонова. Калибр у них был одинаков 14,5 мм. Отличие состояло в том, что противотанковое ружье Дегтярева было однозарядным, а противотанковое ружье Симонова было самозарядным, с магазином на 5 патронов.

Вообще проблема создания ПТР до войны заключалась в том, что у нас не было эффективной бронебойной пули этого калибра. Только 15 августа 1941 года был принят на вооружение БС-41, сердечник которого был уже металло-керамическим. В октябре 1941 года началось производство патронов с этими пулями. Данный боеприпас уже поднял бронепробиваемость ПТР на приемлемый уровень.

Затем эти два противотанковых средства в срочно порядке были приняты на вооружение и поставлены на серийное производство. Данные ПТР были предназначены для борьбы с легкими и средними танками, бронемашинами противника на расстоянии до 500 метров. Но на самом деле эффективная дальность стрельбы была гораздо ниже, огонь велся с расстояния 300 метров, что было для расчета испытанием на нервы. Ведь в отличие от расчета пушек, расчет ПТР не был защищен спереди от пулеметного и стрелкового огня противника. И при наступлении пехота противника уничтожала в первую очередь противотанковые средства нашей обороны. Поэтому расчеты ПТРов становились легкой мишенью, из-за приметного облака пыли или снега при выстреле, который поднимался из-за наличия дульного тормоза.

Кроме того, даже если пуля пробивала броню немецкого танка, это еще не означало, что он выведен из строя. Танк не корабль и из-за дырочки он не утонет. Поэтому надо было не только попасть в танк вообще, а попасть в опасное место для танка – баки, приборы наблюдения и т.д., или следовало выводить из строя членов экипажа. Заброневой эффект пули был невелик, в отличие от бронебойных каморных или сплошных бронебойных снарядов. Чтоб не быть голословным приведу воспоминания ветерана, который был в расчете ПТР — Сергей Владимирович Сахно, гвардии старшина, бронебойщик, позднее – командир орудия ЗИС-2. Запись, расшифровка и литературная обработка М. Свирина. Привожу беседу полностью:

Если ты читал «Они сражались за Родину», то можешь представить себе в общих чертах те дни. Вообще этот роман написан замечательно, но есть в нем некоторые натяжки. Хотя натяжки эти скорее не в романе, а в фильме, который снят по нему… Нет, все там в целом правильно… Вот только как-то залакированы бои. Помнишь, как там все дело происходило? Ну как же? Два бронебойных ружья отражают атаки немецких танков и не каких-нибудь, а «тигров»! Начнем с того, что «тигров» мы не видели в помине. Все больше итальяшки, да легкие машины – Т-II, «Праги» или французы какие! Ну и сил у нас в боях по больше было. Не два ПТР, а пара «прощай Родин», да четыре-пять ружей на часть. Но легче нам от этого не было. Помню бой у станицы Потаповская. Там мы обогнали своих пушкарей, которые застряли на выезде из ручья и только окопались, как выползли на нас пять танков. Пара «средних» – Т-III и три легких. Мы и разделили цели, как договорились. Каждому свой танк. Подпустили их метров на двести и давай клевать. Я целил своего танка в борт, там, где бензобак, как нас учили. Стукнул раза три, а он все не загорается. Понятно, что заметили меня танкисты и начали отвечать из пулемета и пушки. Короче, после этих трех выстрелов так и не смог я прицельно добить свой танк. И другие расчеты тоже. Если бы в этот момент не развернулись «сорокапятки», да не вступили в бой, то каюк бы пришел нам наверняка. Пушкари быстро разделались с моим танком, а остальные быстро отошли назад за балку. Уже к вечеру сползали мы со вторым номером к нашему танку, что догорел метрах в полтораста от нас и я убедился, что два раза из трех я пробил его бортовую броню, но толку-то? Пока «сорокапяточники» не угодили ему под башню, он даже не почесался. Примерно на третий день отвели нас в тыл и начали учить по новой, но теперь уже совершенно по иному. Если прежде умению «разделять цели» уделялось особое внимание, то на этот раз эта наука уже выглядела иначе. Теперь мы учились повзводно и даже поротно сосредотачивать (концентрировать) огонь своих ружей на наиболее опасных целях. Наиболее часто немцы строились в боевой порядок «углом вперед». В этом случае мы старались сосредоточенным огнем сначала выбить у них головной танк, пока остальные еще толком не видят тебя. В это время «батальонщики» вели огонь по замыкающим машинам, которые шли еще на приличном расстоянии. Сначала нам казалось, что пока ты бьешь головного, остальные тебя точно забьют. С трудом пришло понимание полезности такой тактики. А под Верхне Кумской мы опробовали свою науку в бою. Там Манштейн прорывался к Паулюсу. И танки у него были не игрушечные. Все больше Т-III и Т-IV. Через нас их перло штук восемь наверное. Легкая метель скрала от танкистов наше расположение. Да и позиции у нас были хорошо приспособлены к местности. Короче, как вступили немцы в дуэль с «дивизионщиками», да «бобиками», про нас не то забыли, не то не знали вообще. А уж когда расстояние до нас сократилось, вступил и наш «оркестрик». Мы окопались в садике, по подкове. Это давало нам возможность обстреливать их с трех сторон. Чем мы и воспользовались. Как крайний танк приближался к нам метров на сто пятьдесят, так мы «пели хором». Двое в борт, третий в корму, а четвертый в лобовую проекцию. Тот, что в лоб стрелял, вел огонь все больше по вооружению, ведущим каткам и смотровым приборам. Результат сказался сразу. Первый танк задымился уже после двух залпов. Второй дал задний ход минуты через две, а третий вспыхнул, как свечка лишь я зарядил пятый патрон. Разделение целей оно позднее оправдано стало, когда у нас уже мощное вооружение появилось в виде 57-мм пушки ЗИС-2, да еще с подкалиберным снарядом, а покуда на вооружении были «сорокапятки», да ПТР со слабенькими бронебойными снарядиками, да пулями, единственным здравым способом остановить их танки, было сосредоточение и массирование огня на выбранной цели вплоть до ее выхода из строя. Много добрых слов говорили мы потом нашим учителям, которые осенью 1942-го вдалбливали нам в головы эту немудреную науку. (источник ww2.games.1c.ru).

Как видите только массированный огонь из нескольких противотанковых ружей с ближней дистанции позволял более гарантированно выводить из строя немецкие танки. Причем это были только легкие и средние танки немецкого производства и трофейные французские бронемашины с танками чехословацкого производства. Позже, когда противотанковая артиллерия стала в нормальном количестве поступать в войска, ПТР стали постепенно отходить на второй план. В конце войны в основном противотанковые ружья использовали штурмовые отряды для стрельбы по бронированным бойницам немецких дотов и дзотов, а также башням легких танков, которые немцы использовали как огневые точки.

Противотанковые ружья и бронебойщики внесли свой вклад в победу над нацизмом, но это была вынужденная мера со стороны руководства страны и наших военных. Это обстоятельство еще больше показывает массовый героизм советских бойцов, которые в начальный период войны дрались против панцерваффе с помощью «удочек» (прозвище ПТР в войсках).

Если понравилась статья, то поддержите блог лайком или репостом в соцсети!

Оставить комментарий

Популярные посты:

cardemua

Как обшить баню внутри вагонкой своими руками — пошаговая инструкция и советы экспертов Rodno

smapse

Единое пособие на детей в 2026 году: пошаговая инструкция для родителей

ru_royalty

Мероприятия Кейт 27 января

royal_news

Две версии обложки Hello!

anairos

Леди Птица

matsam

Цепь катастроф и аварий

kvisaz

Кодовая база

colonelcassad

Корни "Посейдона" и "Буревестника"

euro_royals

Гарри и Меган на Sundance Film Festival. День 2. + интервью

• Ранее
• Архив