Про "паффы".

      У Дж. Горсея в его записках о пребывании в Московии есть упоминание о шотландцах, которые, вооруженные по-рейтарски, навели страх и ужас на татаринов:
      "Среди этих пленных иностранцев было 85 несчастных шотландских солдат, уцелевших от семисот человек, присланных из Стокгольма, а также трое англичан, которые были в самом жалком положении. Я употребил все свое старание, средства и положение, чтобы помочь им, а также, используя мой кошелек, добился разрешения разместить их у Болвановки (Bulvan), около Москвы, и хотя царь был очень сильно разгневан на них, приговорил многих шведских солдат к смерти, однако я отважился устроить так, чтобы царю рассказали о разнице между этими шотландцами, теперешними его пленниками, и шведами, поляками, ливонцами — его врагами. Они [шотландцы] представляли целую нацию странствующих искателей приключений, наемников на военную службу, готовых служить любому государю-христианину за содержание и жалованье, [я говорил, что] если его величеству будет угодно назначить им содержание, дать одежду и оружие, они могли бы доказать свою службу, показать свою доблесть в борьбе против его смертного врага — крымских татар. Как оказалось, этот совет был принят к сведению, так как вскоре лучшие воины из этих иностранцев были помилованы и отобраны, для каждой национальности был назначен свой начальник; для шотландцев Джими Лингет (Jeamy Lingett), доблестный воин и благородный человек. Им дали деньги, одежду и назначили ежедневную порцию мяса и питья, дали лошадей, сено и овес; вооружили их мечами, ружьями и пистолями. Прежние жалкие люди выглядели теперь веселее. Двенадцать сотен этих солдат сражались с татарами успешнее, чем двенадцать тысяч русских с их короткими луками и стрелами. Крымские татары, не знавшие до того ружей и пистолей, были напуганы до смерти стреляющей конницей, которой они до того не видели, и кричали: «Прочь от этих новых дьяволов, которые пришли со своими метающими „паффами"». Это очень развеселило царя...".




      Для иллюстрации парочка образцов рейтарских пистолей начала XVII в.





      Крымцы, согласно свидетельству Горсея, до встречи с шотландцами Лингетта, не знали огнестрельного оружия (ну да, не знали, варвари жи есть!), а один такой рейтар стоил 10 русских конных лучников, да. Однако из контекста рассказа Горсея следует, что шотландцы появились на русской службе на заключительной фазе войны за Ливонское наследство, ориентировочно после Ливонского похода Ивана Грозного в 1577 г. Брешет же, сукин кот, как дышит. Я уже не буду говорить о том, что у татар огнестрел водился с незапамятных времен, но и на поле боя они с конными русскими стрелками (и это если не брать стрельцов и казаков) встречались прежде, чем Джеймс Лингетт со товарищи выехал биться с бусурманами рейтарским боем. К примеру, в росписи царского похода в Ливонию в 1572 г. отмечено, что "с самопалы ездил з государем голова князь Борис Давыдович Тулупов" (напрашивается ответ, что упомянутые "самопалы" есть ни что иное, как либо кавалерийские карабины, либо пистолеты, а, может, и то, и другое - с колесцовыми замками), а при Молодях в том же году в составе войска князя Воротынского было по меньшей мере две "немецких" наемных "роты" (около 300 всадников), которые, судя по всему, были снаряжены как рейтары. Ну и, само собой, не забудем про Ваську Грязного и его станичников числом больше сотни, вооруженных ручницами. И что-то как-то сильно незаметно, что их появление произвело коренной переворот в тактике боя как русских, так и татар - еще долго конный лучник будет господствовать на поле боя - как минимум поколение, если не больше.

      Колесцовый же карабин начала XVII в.



      И, напоследок, напомню про известную картину "Битва при Клушино", нарисованную придворным маляром гетмана С. Жолкевского, участника и очевидца смой битвы. Русские конные "гуфы" на ней поголовно вооружены огнестрелом - карабинами.



      В общем, по всему выходит, что "ползучее" перевооружение русской конницы огнестрелом началось с 70-х гг. XVI в., задолго до появления на русской службе шотландцев Джимми Лингетта, и я бы связал это перевооружение с опытом войны в Ливонии в конце 50-х - 60-х гг. )собственно Ливонская война и Полоцкая война).