Про либидо

ru_sex_school — 21.05.2010

  СЕКС КАК СПОРТ (Виктор Ерофеев)
Раньше было проще. Раньше все сводилось к тому, чтобы ЕЕ победить. Или, как еще раньше, совсем давно, говорили: ЕЮ овладеть. Но если я говорю, что раньше было проще, это не значит, что победа давалась легко. Напротив, те, кто жили активной половой жизнью тридцать лет назад, хорошо помнят, что они побеждали буквально в рукопашном бою. 
Девушка сдавалась по кускам. Сначала овладевали рукой. Это называлось «взять за ручку». Сердце замирало — позволит ли? А если позволяла — Боже, какое счастье. Так и ходили «за ручку» — счастливые, как в советском кино. Потом овладевали лицом. Это значит, что начиналась драка за поцелуй. Девушка стискивала зубы так, словно она была не девушкой, а бульдогом. Разжать ей челюсти не было никакой возможности, даже если намечалась большая любовь. Приходилось действовать хитростью, используя навыки психологической войны. Первый поцелуй оказывался почти всегда поцелуем врасплох: ОНА отвлеклась, увлеклась, разговорилась о чем-нибудь для НЕЕ важном, существенном, например о том, как ОНА в первый раз купалась в Черном море — ЕЕ раз и — поцеловали в губы. ОНА — пихаться, толкаться, кусаться — но поздно, и дела уже назад не вернуть. Потом наступал черед «коленки». За ручку можно — а за коленку нельзя. Логика во всем этом была всякий раз железная. Затем, пройдя еще целый ряд жизненно важных этапов, начиналась основная борьба с раздеванием. Она затягивалась на долгие часы и, как правило, сопровождалась серьезной порчей одежды. Когда же измученная, истерзанная, на последнем издыхании от яростного сопротивления, девушка, как это называлось, отдавалась, на секс ни у кого не хватало ни сил, ни умения. 
Секс долгое время оставался в России любительским занятием. Мужчины считали свои победы, а девушки — свои промахи. Но и те, и другие, за немногими исключениями, так никогда и не смогли овладеть даже азбукой половой жизни. Во всем, что хоть как-то отличалось от привычной позы, виделось извращение. Об извращениях рассказывалось с вытаращенными глазами. Судя по скудным данным, в основном вращавшимся вокруг гинекологии, люди имели самые убогие представления о своих эрогенных зонах, впрочем, даже и не зная, что они именно так называются. 
Мне позвонил милый беллетрист-шестидесятник: 
— Слушай, я обзвонил всех «наших» (он назвал известные имена) — никто не знает. Что такое, язык сломаешь, куннилингус? 
—Действительно, язык сломаешь... 
— Ах, это?! — смутился он. 
Было ли от этого их поколение несчастным? Кто знает! Понятие счастья в нашей стране остается непредсказуемым. 
В начале 80-х годов наметился (еще до всяких политических перемен) процесс женской сексуальной эмансипации, который, в конечном счете, поставил многих наших мужчин в довольно неловкое положение. Устойчивая роль победителя у мужчины по-степенно была отнята. Женщины если и не научились делать выбор заранее, то по крайней мере обзавелись достаточным количеством шуточек-прибауточек и разгадали мужскую игру Вот этого мужчины и не ожидали, к этому не были готовы. 
Вся новизна началась, пожалуй, со словечка ЕЩЕ. Казалось бы, что может одно слово изменить в половой жизни, но оно изменило отношения. Если в 70-е годы слово «трахаться» стало знаком грядущих перемен, то ЕЩЕ, слетевшее с женских губ и все чаще раздающееся в ночной тишине, оказалось требованием не столько даже времени, сколько женщин. Они захотели дополнительных удовольствий, не предусмотренных в русском мужском прейскуранте. 
И мужчина, надо сказать, от одного этого ЕЩЕ пришел в неприятный трепет. ЕЩЕ означает: мало и не то. ЕЩЕ означает: не умеешь — не берись, и еще того хуже: ты — не мужик. Мужики растерялись. Раньше они судили, сопоставляли, сравнивали и веселились. Теперь стали судить их. 
И теперь уже не важно, кто с кого стаскивает трусы. Даже если этот процесс по-прежнему отчасти контролируется мужчиной, он не контролирует результат. Он может нарваться на ЕЩЕ, сказанное любящими губами, как на предвестника разочарования. Наконец, женщина перестала бояться слова «извращение» — и тем самым вконец испугала многих мужчин, потянувшись к тому, о чем они когда-то разго-варивали между собой только в мужской бане. 
— В попку! В попку! — запросились интеллигентки. 
— И поглубже! — раздвинула ягодицы культурологическая блондинка. 
Народ не узнал сам себя. 
Секс из любительской игры превращается в профессиональный спорт. Победит ли российская женская сборная мужскую, сказать трудно, но надо признать, что на пороге оргазма женщины научились произносить слово ЕЩЕ твердым голосом.


 

Оставить комментарий

Популярные посты:

maximus

Что нанести на крестик: гравировка от даты до монограммы

• Ранее
• Архив