Про Анила

narkom — 06.08.2019 Вдогонку ко вчерашнему кено хоть и не про Ливан.

Когда мы давно отдыхали в Гоа к нам примкнул местный паренек и вот я никак не могу вспомнить его имя, кажется Анил (что переводится
как воздух, ветер).



Мы с ним говорили по-английски и он уверенно на нем формулировал.


На каком говорили дети я не помню, кажется им не нужен язык.


В Гоа океан не такой уж и прозрачный зато и не такой агрессивный как на восточном побережье а главное - классные волны: дети, экипированные спасательным болтались как попалавки.


Анил жил где-то рядом и его мама если не путаю работала в одном из кафе на берегу где мы обедали каждый день.


Как и всякий чувак этих лет он искал развлечений где мог, играл с детьми как с котятами и кажется всем было хорошо.


Просто коровы: она часто болтались где попало в том числе и по пляжу.


Ну и вот: играли они значит, тусили.


Берег в целом малолюдный, ноябрь не вполне ещё сезон.


Строили всякое, как муравьи (без сговора, команд и подчинений).


Купались.


Пили коктейли.


Анил терпеливо сносил унижения и побои.


Ловили крабов (привет chonbuk).


Играли подвижно.


Ловили морское.


Вона, бройлерные!


И ещё.


Старший скептически оценивает выловленное.


Это фото случайно сюда попало.


И всё, ребята, шло хорошо и прекрасно.


Пока я однажды не сказал Анилу: чувак давай мы увезем тебя в Россию.

... если бы я, друзья, мог прожить ту же самую жизнь но мне было бы позволено изменить всего одно обстоятельство, вернее даже просто вычеркнуть слова, покинувшие собственный рот, то это было бы вот это предложение.

Это шаблонный прикол, как у Петросяна или Дроботенко когда они едут по реке и потешают селян и посадских.
При произнесении этого уже не задействуется мозг, фраза пролетает сквозь.

Я говорил эту фразу зиллиону детей, чаще всего в гостях, или мы у них или наоборот.
Идея в том что среди моих детей плюсадин не так и заметен; зато ребенок извне мог бы приподобогатить опыт и потом ценить привычное.
Родители всегда реагируют дежурным смехом на дежурную шутку и через секунды об этом все забывают.

Совсем по другому сценарию пошло дело в Анилом.

Получилось почти как у Ройзмана про папа обещал на рыбалку.
Я, конечно, не был Анилу папой. И не планировал его никуда забирать. Россия это не Гоа, парень видел снег только в морозильнике и невсерьез.

Но у него был какой-то двоюродный кузен то ли программист то ли врач уехавший кажется в Англию и это звучало синонимом рая.

Анил, играя с нами, не выглядел как пропащий или ненужный.
И Гоа не тянет на зону бедствия: еды полно, знай себе купайся да балдей.

Однако уехать оттуда - это и была его мечта.

Можешь отправить меня в Турцию? Я хочу в Турцию. То есть в Швецию.



На прощание мы подарили ему футболку, купленную неподалеку.
Дарить больше было решительно нечего: у нас собой не было сувениров или ценных игрушек. Только то, что обычные люди возят в чемоданах на пляжный отдых.

Наверно его мать вернула футболку той же торговке, что нам ее и продала и выиграла долларов 5. А может, и оставила.
Сейчас Анилу уже лет 15.