после гига будет тера

mi3ch — 25.08.2021

В обсуждении скульптуры Урса Фишера «Большая глина № 4» чаще всего с презрением звучит слово «говно». На втором месте по популярности идет упоминание работы Пьеро Мандзони «Дерьмо художника» (Merda d'artista).

Причем многие люди даже не понимают смысла этой прекрасной работы итальянского концептуалиста. А смысл в ней есть и довольно глубокий. Мандзони искренне считал, что если вашу работу хвалят критика, то ваша работа — дерьмо. Потому что почти все критики — трусы и конформисты. И чтобы доказать свою мысль, что критикам нравится только дерьмо, Мандзони изготовил 90 консервных баночек с надписью «100-процентное натуральное дерьмо художника» и объявил, что продает их по цене золота. И весь тираж был раскуплен по этой цене. И сейчас баночки хранятся в лучших музеях мира. Просто потому, что критикам нравится только дерьмо.


Люди, которые жалуются, что «Большая глина № 4» похожа на говно, говорят больше о себе, чем о скульптуре. Они не замечают, в какое говно превращена Москва памятниками Калашникову, Владимиру, Петру I и прочим Абаям. Они к этому уже принюхались. Говно увидеть проще, чем акт творения нового из глины. Точно также обыватели смеялись над очень крутой акцией Павленского, прибившего себя за мошонку к брусчатке Красной площади. Гы! Чой та? Не замечая, что их яйца давно прибиты чекистами к мостовой. Они к этому уже притерпелись.

Если позволите, я тоже скажу пару слов о «Большой глине». Искусство в своей развитии проходило множество стадий. Скорее всего оно появилось, как разновидность магии. Искусство было возвеличивающим, объясняющим и воспитающим. Оно несло идеалы, работало пропагандистом, метило территорию и выполняло функцию «сделайте нам красиво». Потом искусство занялось провокацией и долго и со смаком раздавало пощечины общественному вкусу.

Конечно, выбирая между глиной Фишера и дерьмом Церетели я выберу Фишера. Но мои претензии к нему состоят не в том, что он слишком радикален, а в том, что он недостаточно радикален. Этот прием — взять любой объект и увеличить его в тысячу раз, я видел уже тысячу раз. Я видел гигантскую «Вишенку на ложке» (Миннесота), гигантскую ладонь (Атакама, Венеция), гигантский большой палец (Париж), гигантскую вилку (Миссури)… далее везде — сковородки, мотки проволоки, да что хотите. Я устал от работ Класа Олденбурга (Claes Oldenburg) с его гигантскими биноклями, луками, вишенками, огрызками, кранами, кеглями, розетками и штемпелями.



Гигантские пауки Луизы Буржуа — это очень круто, но все это уже было.

Надо двигаться дальше.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив