Почему Троцкий?

paul_atrydes — 04.01.2024 Лев Давидович в советской историографии с конца 20-х годов являлся абсолютно демонической фигурой. О нём либо умалчивали (к примеру, имени Троцкого нет в словнике Энциклопедии гражданской войны 1983/87 г.), либо писали исключительно в негативном плане. Степень негатива зависела от автора: кто-то вставлял дежурные фразы, кто-то устраивал зажигательные танцы.

А.Л. Литвин в конце 80-х заметил на этот счёт, что «наверное, нет школьного или вузовского преподавателя истории, которому бы ученики и студенты не задавали вопроса: если Троцкий всегда был изначальным врагом партии и Советской власти, то почему же он в 1918—1925 гг. занимал руководящий пост в Красной Армии?» Ему чуть позднее вторил П.А. Шевоцуков: «очень трудно отвечать на вопрос, который возникает даже у школьников: если Троцкий все время извращал военную политику партии, мешал и даже вредил, то почему ЦК партии большевиков, Ленин не ставили вопрос о его снятии с высоких военных постов?»

Но советские историки не спешили с ответом на этот вопрос, всячески обходя его, и создавалось даже впечатление, что Троцкий появился сам, как раковая опухоль, после чего партия билась-билась с ним долгие семь лет и, наконец, победила, изгнав с постов наркомвоена и председателя РВСР.

Но мне встретилась работа, в которой автор хоть как-то попробовал дать объяснение этой несуразности. Учитывая, что это диссертационное исследование, не предназначенное для широкой общественности, никакого особого риска для соискателя в этом не было. Но это не означает, что автор стремился к какой-либо объективности и в ряде мест, стремясь найти аргументы против Троцкого, он шёл по пути подтасовывания данных (к этим моментам я вернусь позднее).

Буржуазная историография напрасно пытается сгустить краски вокруг имени Троцкого. Привлечение его партией к военной работе не представляет криминала. Оно диктовалось условиями, не представлявшими возможностей выбора и имело под собой глубокое обоснование. Им, по нашему мнение, служило ленинское положение о том, что "бояться временных союзов хотя бы и с ненадежными людьми может только тот, кто сам на себя не надеется, и ни одна политическая партия без таких союзов не могла бы существовать" [Ленин. ПСС. Т. 6. С. 16].

Накануне Октября партия сознательно пошла на компромисс с Троцким. Суть компромисса состояла не в персоне Троцкого, а в учете стоящих за ним слоев, которые следовало вырвать из под его влияния. Сугубое внимание В.И.Ленина к этому вопросу выразилось в ого присутствии на конференции межрайонцев, когда решался вопрос о принятии их в РСДРП/б/. Именно тогда В.И.Ленин записал слова Троцкого "признания большевизма требовать от нас нельзя" [Ленинский сборник IV. С. 303] и всегда помнил об этой стороне его политической физиономии. Использование Троцкого на ряде ответственных постов, в том числе и на руководящей военной работе явилось продолжением компромисса.
...
Одновременно со всей очевидностью проявляется беспочвенность в приписывании Троцкому особых заслуг, пресловутого "авторства" в этой области [привлечение военных специалистов на службу в Красной Армии]. Обратим внимание на ленинскую оценку качеств Троцкого, о которой вспоминает Горький. "Я был, — пишет он, — очень удивлен его высокой оценкой организаторских способностей Троцкого, — Владимир Ильич подметил мое удивление.

— Да, я знаю, о моих отношениях с ним что-то врут. Но — что есть — есть, а чего нет — нет, это я тоже знаю. Он вот сумел организовать военных спецов. Помолчав, он добавил потише и невесело:

— А все-таки не наш! С нами, а не наш. Честолюбив. И есть в нем что-то... нехорошее, от Лассаля" [Воспоминания о В.И.Ленине. М., ГИПЛ, 1956, т. I, стр. 450].

Приведенные слова не находятся ни в каком противоречии с тем, что уже говорилось о Троцком. Его организаторские способности, склонность к администраторской деятельности и послужили одной из причин решения ЦК о назначении на военную работу. В ленинской оценке говорится не о выдвижении Троцким идеи использования военных специалистов, а всего лишь о работе, связанной с ее реализацией. Последняя входила в круг непосредственных служебных обязанностей Троцкого.

Склезнев Е.В. Разоблачение современных буржуазных фальсификаций деятельности КПСС в области военного строительства. Дис. канд. ист. наук. М., 1969.

Так что первую научную работу (название которой вынесено в заголовок заметки), где попытались дать объективную оценку роли Л.Д. Троцкого в деле создания Красной Армии, опубликовал в начале 1989 года видный советский историк Ю.И. Кораблёв.



* * * * *

Возвращаясь к диссертации. Склезнев пишет:

РКП(б) были чужды методы военного руководства, которые пытался насаждать в армии Троцкий. Для отношения партии к этому вопросу характерно не отмежевание, а настойчивая борьба за искоренение порочного стиля. Об этом свидетельствуют статьи в центральной печати с осуждением методов руководства Троцкого... [См. "Правда" от 29 ноября 1918 года]

Что же это за статья в «Правде»? Это — «Командиры и комиссары в действующей армии» В.Г. Сорина. Только вот в советской литературе она, наряду со статьёй А. Каменского «Давно пора» (Правда. 1918. 25 декабря), являлась примером «осужденных и отвергнутых партией левацких взглядов» и побудила ЦК РКП(б) выпустить постановление «О политике военного ведомства», в котором резко осуждались попытки отдельных товарищей изобразить политику военного ведомства как случайную политику отдельных лиц и групп [т.е. Троцкого].

Впрочем, Склезнев не одинок в подобной подмене. Ряд авторов, например, использовал отдельные высказывания представителей «военной оппозиции» на VIII съезде, направленные против Троцкого, как партийные.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив