Первое слово дороже второго

naval_manual — 18.11.2019

Цусимская классика.

Благодаря содействию двух участников "Цусимских форумов" - ещё раз спасибо, ув. Скучный Ёж и ув. Nemos19 - ознакомился с вышедшей в 1913 г. работой капитана 2-го ранга М.И. Смирнова "Цусима. Сражение в Корейском проливе 14-го и 15-го мая 1905 года". Ознакомился с большим интересом, поскольку эта работа - первая полноценная отечественная монография по теме. И ознакомился с большим удовольствием, ибо - вернулся в далёкую молодость, дискуссии с "классицистами" на тех самых форумах...

Книга представляет собой краткое изложение того, что было известно автору в 1913 г. И, что любопытно - несмотря на то, что автору, по понятным причинам, известно было гораздо меньше, чем хотелось бы (на что он и указывает) - книга, по большому счёту, формирует "классическую картину" сражения, каковая, рискну утверждать, остаётся общепринятой по сей день. Это, впрочем, ни в коей мере не может быть поставлено в упрёк автору - он на ограниченность своих знаний указал, а написание книги "по горячим следам" было продиктовано соображениями практическими. Профессионалам, флотским офицерам, опыт нужно было извлекать тогда и там.

Не вдаваясь в детальный разбор описания событий боя автором, сделаю пару замечаний по поводу самого интересного - анализа, критических замечаний и обобщений. Ради которых, собственно, работа и писалась. Интересны это всё тем, что в дальнейшем широко разошлось в массах, отголоски этого текста можно найти в самых разных текстах, начиная от официального труда офицеров МГШ и заканчивая сранвительно недавними текстами Р.М. Мельникова и В.Ю. Грибовского.

Действия русских, главным образом - решения З.П. Рожественского - подвергаются "огульной" критике в буквальном значении этого слова, т.е. в книге есть только одно позитивное замечания (автор похвалил командующего 2 ТОЭ за выбор Малаккского, а не Зондского пролива при проходе "Малайского барьера"). Действия японцев, с другой стороны, подвергаются оценкам положительным, большая часть, естественно, достаётся Того, хотя нельзя не заметить щедрые похвалы и в адрес Камимуры - за его действия во время пресловутой "попытки "Александра", резкого поворота русской эскадры на север на исходе первого часа боя. Критических замечаний японцам достаётся чуть больше, чем положительных - русским - но в целом они производят впечатление "сделанных для галочки", для некой объективности, не более того.

Словом, перед нами - классическая картина, а М.И. Смирнов - не просто классик, а один из основоположников жанра. Среди прочего, он критикует Рожественского за отказ от разведки, как на переходе к Цусиме от Камрани, так и утром в день сражения; он критикует все варианты походного порядка 2 ТОЭ; он, разумеется, критикует действия З.П. Рожественского в завязке боя. Разумеется, он критикует и вариант с дневным прорывом через Корейский пролив, предлагая в качестве альтернативы ночной прорыв, прорыв через Сангарский или Лаперузов проливы, и даже - тут у меня был особенно сильный приступ форумной ностальгии - Петропавловское сидение! И, закончив разбор вариантов выбора маршрутов. М.И. Смирнов формулирует главный принцип цусимской альтернативы:

Хотя бы все эти попытки не удались, всё-таки не могло быть хуже того, что случилось.

Фраза эта появляется в книге сравнительно рано - и, честно говоря, после неё мне было сложно сохранять позитивный настрой по отношению к автору. Эта мысль высказывалась всё в тех же дискуссиях ни раз и не два, и мне она всегда казалась главным аргументом против разбора той или иной альтернативы - ибо она основана на послезнании. Здесь же эта фраза высказывается как аргумент, который должен был использовать в своих рассуждениях Рожественский до боя.

Разумеется, автор придерживался классической версии и в снарядном вопросе. И, собственно, заложил основу наиболее радикального прочтения этой версии - при помощи капитана 2-го ранга Н.И. Азарьева, выполнившего ряд расчётов, показавших пресловутое 15-кратное превосходство японцев. Вот картинка:

Соответственно, полагая что в японских снарядах содержалось 14% взрывчатого вещества, Н.И. Азарьев получил, а М.И. Смирнов опубликовал данные, указывающие на чудовищный перевес японцев: 7 493 фунтов мелинита против 484 фунтов пироксилина. При этом достаточно даже беглого взгляда на таблицу, чтобы отметить некую произвольность, скажем так, расчёта.

В общем же, М.И. Смирнов работал решительно - и решительность эта, в известном смысле, оправдывает более поздних классиков, Н.С. Новикова-Прибоя (который явно ориентировался на работу М.И. Смирнова) и В.П. Костенко (данные которого  М.И. Смирнов "летгитимизировал"). Многие, думаю, слышали идею о том, что З.П. Рожественский в завязке боя должен был бросить в на "петлю Того" с пятёркой быстроходных броненосцев. Так вот - это идея М.И. Смирнова. Многие, думаю, с ироничной ухмылкой воспринимали информацию Костенко о 42 12" снарядах, попавших в "Орёл" - так вот М.И. Смирнов не только принял эту информацию как данность, но и дал ей ход, посчитав, что в пять головных русских броненосцев попало 200 японских крупнокалибрных снарядов.

В итоге складывается как хорошо - теперь - известная, так и внутренне противоречивая. М.И. Смирнов хотел с помощью своего исследования подвести читателя к неким "принципам". Не знаю, под влиянием ли Мэхэна или других теоретиков - но, так или иначе, в отличие от Мэхэна, М.И. Смирнов считает, что Цусима указывает нам на "неизменность законов ведения войны". Иными словами, существуют вечные принципы, нарушать которые нельзя, и каковых автор насчитыват пять:

Действительно, для победы необходимо подчинить себе волю противника, для подчинения воли надо взять инициативу в свои руки и нарушить связь в его действиях (разделить его), для этого нанести сосредоточенный удар превосходными силами на самую чувствительную его часть и отвлечь прочия его части от возможности прийти на помощь, в действиях своих частей иметь согласованность для достижения общей цели (взаимная поддержка), во всех действиях должно быть крайнее напряжение для полного воздействия на моральное состояние противника. В этом состоит внутреннее содержание боя, выражаемое принципами военного искусства.

Звучит убедительно и красиво, но... Разбирая возможные альтернативные действия З.П. Рожественского, автор считает, что командующий 2 ТОЭ должен был выделить пять быстроходных броненосцев в отдельный отряд, с которым должен был сблизиться с противником на самую короткую дистанцию, превартив "бой в свалку" (ещё одно классическое положение). Иными словами - автор считает, что З.П. Рожественский должен был отбросить принципы "сосредоточенного удара" и "взаимной поддержки".

Автор критикует З.П. Рожественского за то, что тот поставил крейсерам задачу охранять транспорты - тем самым они не могли помочь броненосцам (вы это читали у Новикова), нарушались принципы "взаимной поддержки" и "сосредоточенного удара". И одновременно автор хвалит Х.Того за то, что тот поставил своим крейсерским отрядам задачу атаковать крейсера и транспорты противника - тем самым отвлекая их от поддержки броненосцев. Здесь противоречие возникает уже между выведенными самим М.И. Смирновым "вечными принципами". И здесь мы снова должны вспомнить Мэхэна - каковой такие противоречия замечал, и понимал. И суть военного искусства понимал отлично от М.И. Смирнова - оное состоит в удачном выборе и применении к обстановке подходящих принципов, а не в следовании поименнованному упорядоченному набору принципов победы.

Работа М.И. Смирнова интересна сегодня либо как пример отечественной морской мысли, либо - как явление историографическое. Весьма, надо сказать, показательное. Разбор сражения был выполнен профессионалом, офицером перспективным, с большим опытом штабной работы - и это был первый полноценный разбор. В итоге работа оказала очень сильное влияние на всех последующих исследователей сражения (особенно - гражданских) и сформировала ту самую "классическую картину", с которой мы живём и сегодня.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив