Отчётные учебники
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Выходили, например, просто познавательные книжки в стиле «Занимательная физика». Не все из них, конечно, были хорошие, однако постоянно встречались те, в которых автор очень бодро, понятно и последовательно излагал что-то вполне научное. Оно отлично читалось и позволяло счастливым обладателям этих книжек понять не только школьную программу, но и часть вузовской, а то и вневузовской.
Помню отличную книгу про переводы — «Слово живое и мёртвое». Вообще же зашибись: написано отличным языком, куча примеров и разобран чуть ли не каждый элемент методики и целей переводов художественных произведений. Книга не называется «учебник по переводу», но даже тот, кто вообще был не в теме, поймёт вообще всё и сложит вполне последовательные представления о том, как надо переводить худлит и худки́на.
Но как только на обложке появляется «учебник» или «самоучитель» — туши свет. Научиться по нему будет невозможно: в лучшем случае оно — справочник. От прочтения даже одного абзаца которого захочется заснуть даже после пол-литра кофе. И даже мега-гений каждый второй абзац не сможет понять, что, впрочем, несколько компенсируется тем, что и специалисты в этой теме их не поймут, хотя и отлично знают то, про что в этих абзацах написано.
Я это осознал ещё в те времена, когда обучался программированию: если учебник — российский/советский, то можно даже не пытаться. В редких случаях оно действительно будет учебником, но обычно нет. Обычно быстрее, даже если нет переводных учебников, выучить английский с нуля, а потом прочитать какой-нибудь учебник по-английски. Потому что автор российского не пишет про то, как программировать, он пишет что-то типа сумбурной спецификации языка программирования, причём совмещая узкоспециальные термины, которые даже в официальную спецификацию языков вставлять не имело бы смысла, и бюрократический стиль изложения. Что-то типа: «с целью произведения суммирования после инициализации цикла со счётчиком следует адресовать по индексу элементы данного массива, предварительно организовав объявление и инициализацию аккумулирующей переменной, и осуществлять прибавление извлечённых значений, соответствующих данному индексу, к предварительно заведённой аккумулирующей переменной».
Сравниваю сейчас, например, два пособия по эсперанто.
Англоязычный вариант в самом начале разъясняет, как читаются буквы. Для каждой приводятся английские слова, в которых есть буква/звук, максимально схожие по звучанию с соответствующей буквой/звуком эсперанто.
Русский вариант начинается с того же, но, блин, в качестве примеров приводятся слова на эсперанто. Не на русском — на эсперанто.
Что, во имя Одина, это может значить для человека, который собрался по вашему учебнику научиться эсперанто?
Вам не очевидно, что он ещё не знает слов и правил чтения эсперанто, а потому не сможет прочитать эти ваши примеры?
Что именно это ему должно пояснить? Каким образом он должен узнать, как читаются буквы?
Не, где-то потом про это всё-таки немного есть, но вот этот фрагмент, он зачем?
Дальше по книге постоянно в качестве примеров использования идут фразы на эсперанто — как в англоязычном. Правда, в русскоязычном они без перевода.
Во имя Одина, вы предлагаете читателю вычислить значение конструкций, чтобы тем самым проиллюстрировать значение этих конструкций? Пользуясь, видимо, какими-то другими источниками? Ну, как авторы «учебников» по программированию, видимо, полагали, что программировать на этом языке человек научится и без их учебника, а его просто прочитает постфактум, чтоб было́?
У меня есть смелая гипотеза, откуда это всё взялось.
Дело в том, что как только речь заходит про образование, русскоговорящий тут же мысленно переносится в школу, и у него включается режим отвечающего на экзамене.
На экзамене тебе не надо объяснять экзаменатору предмет — экзаменатор знает его гораздо лучше тебя. Напротив, тебе надо как-то показать экзаменатору, что и ты тоже, честное слово, предмет учил, поэтому тоже что-то знаешь. И учил не абы как, а очень старался, аж весь замучился.
Поэтому надо на всякий случай тут же перечислять вообще всё, что помнишь по предмету — в любом порядке: экзаменатор ведь в курсе, он сам отсортирует, если ему надо. Зато он, заваленный потоком терминов и обрывочных фактов, поймёт, сколь обширны твои познания.
По этой же причине очень хороши специальные термины и громоздкие построения: экзаменатору будет лень в них вникать, а если и не лень, то он, вероятно, пропустит какие-то твои ошибки или пробелы в рассуждениях, которые заметил бы, будь всё изложено внятно и простым языком. Но зато обилие специальных слов-маркеров создаст у него впечатление, что пусть кое-как, но вы хотя бы в теме.
Ну и поток примеров без их разъяснения к месту и не к месту тоже создаёт информационную перегрузку, а заодно показывает, что вы как бы знаете всё, а не только то, про что речь идёт в текущем фрагменте вашего повествования. Мало ли, вдруг экзаменатор подумает, что вы вот до этого места доучили, а дальше уже нет.
Иными словами, вам не надо учить экзаменатора — вам надо его загрузить как можно сильнее, чтобы он поленился, запутался, впечатлился и просто поверил, что вы знаете его предмет. Ну или что вы хотя бы очень-очень старались его изучить.
В общем, среднестатистический русскоязычный учебник/самоучитель, что тогда, что сейчас, это не последовательное объяснение темы за темой неофиту, а отчёт незримому экзаменатору. Именно поэтому по ним хрен что поймёшь, и люди тратят месяцы и годы на то, с чем при ином подходе разобрались бы за неделю максимум.
А вот в «Занимательных что-то-тамах» авторы мысленно расслаблялись и действительно интересно рассказывали о том, что им интересно, пытаясь донести до читателей мысли и идеи, а не отчитаться перед кем-то незримым, но очень строгим.
doc-файл
|
</> |