Оружьем на солнце сверкая...
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Продолжение.
Как говорил орловский старожил Н.В. Функендорф, просто небу становилось жарко, где вместе собирались молодые офицеры Гродненского гусарского и Псковского кирасирского полков, да и приглашённые ими в компанию местные молодые дворяне.
Но странно было бы думать, что у этих юных, хорошо образованных и богатых повес всё бы упиралось в ночные пьянки «а ля натюрель» с обитательницами городских борделей.
Юноши были креативные!
С лёгкой руки Петербурга орловцы очень полюбили маскарады и костюмированные вечера. В начале 1840-х они часто бывали у орловских губернаторов А.А. Кочубея и Н.В. Васильчикова. Несколько позже грандиозный маскарад по инициативе губернского предводителя дворянства В.М. Тютчева был устроен в залах Дворянского собрания. Все веселились и вальсировали. Однако поздней ночью их ожидал неожиданный сюрприз: двери зала раскрылись и верхом на живом медведе (купленном специально для этих целей им у цыган) въехал настоящий англичанин, коих в Орле тогда доселе и не видывали! В клетчатом костюме и с громадным биноклем!
Когда разговорились с англичанином, соскочившим со спины своего медведя, и постоянно нагло, как это, видимо, свойственно всем англичанам, наводившим свой бинокль на декольте пунцовеющих барышень, то он неожиданно оказался всем знакомым гусарским корнетом князем Козловским.
Медведю же он вручил в зубы огромную корзину со всякими сладостями, а тот начал ходить по залу, одаривая ими дам и не забывая при этом про себя.
Но чудеса на этом не закончились. Двери торжественно отворились вновь и в зал въехали Дон Кихот в доспехах на огромном жеребце и его верный слуга Санчо Панса на маленькой кобылке. Все просто онемели!
Но когда Дон Кихот спешился и поднял забрало у шлема, все в нём узнали кирасирского ремонтера Юрасовского, а в Санчо — гусарского поручика Скарятина.
Немало шума наделала и свадьба (точней, сразу две) гусарского ротмистра барона Тизенгаузена. Он, разведясь через Синод со своей женой за её неверность, немедленно женился вновь. При этом в тот же день выдал и свою бывшую жену замуж за этого гадкого разлучника, являясь одновременно на этой свадьбе шафером жениха и дав в приданое его невесте своё село Будолдино в Болховском уезде.
Изобретательность гусар достигла своего апогея, когда они решили объявить бал в доме своего полкового командира, находившегося тогда в Петербурге по важной причине — получению из рук ЕИВ эполет генерала. На бал были приглашены все! Особенно самые красивые местные барышни на выданье. Но тогда была одна проблема: чтобы пройти тур мазурки или вальса с такой барышней, надо было сперва попросить разрешения на это у её маменьки, тётушки или бонны. Для них гусары оборудовали в зале особо уютный уголок, где эти старые клуши и расселись в удобных креслах со своими вязаниями и пяльцами.
На возглас распорядителя танцев: «Месдам, месье! Ан, де, труа!» весь этот их уголок неожиданно был вздёрнут десятками дюжих гусарских и кирасирских рук на канатах под потолок. Где они, с жуткими воплями, паданиями в обмороки и криками, и находились до окончания бала на своём специально подготовленном для такого помосте.
Надо же молодёжи спокойно и с кем хочешь потанцевать?
Причём, как гласит молва, в этой их невинной шалости им помогли два немолодых кавалерийских отставных полковника, один действительный статский советник и приезжий в своё орловское имение известный по своим боевым орденам пожилой уланский генерал-майор.
Да... Были люди в наше время!
![Оружьем на солнце сверкая... Оружьем на солнце сверкая...](/images/main/orujem-na-solnce-sverkaya-622d7b.jpg?from=https://ic.pics.livejournal.com/hydrok/30040998/404717/404717_800.png)
|
</> |