Ольга Седакова о «простом человеке»
antigona88 — 21.04.2024
Однажды в Хельсинки, в университете меня попросили
рассказать вкратце, в течение одной лекции, одного академического
часа, историю подсоветской культуры и искусства. И поскольку за час
многого не расскажешь, я свела эту историю к очень краткой схеме.
Главным героем ее у меня был так называемый «простой человек».
(Опять же, прошу не заподозрить меня в высокомерии: саму себя я
всегда считала именно таким простым человеком – так и отвечала это
редакторам, которые утверждали, что «простой человек» этого не
поймет: «Но я сама простой человек!») «Простой человек» в кавычках.
Тот самый «простой человек», которым постоянно оперировала
пропаганда. От художников требовалось писать так, чтобы его понял
«простой человек». От музыкантов требовалось сочинять такие
мелодии, которые «простой человек» (то есть не получивший
музыкального образования и, вероятно, не отягченный ни слухом, ни
привязанностью к музыке – иначе он уже не «простой» в этом смысле)
мог бы запомнить с первого раза и спеть. Так Жданов учил
Шостаковича и Прокофьева, какими должны быть мелодии: чтобы их
сразу можно было запомнить и спеть. Остальное называлось «сумбур
вместо музыки». Философ не должен был говорить ничего «заумного»,
«сумбурного», «непонятного» — как это делали Гераклит, Гегель и
другие несознательные и буржуазные мыслители, классовые враги
«простого человека». И т. д., и т. д.Был ли этот «простой человек» реальностью или он был конструкцией? Это вопрос. Я думаю, изначально он был конструкцией, проектом. Изначально его придумали, этого «нового человека», которого и принялись воспитывать: внушать людям, что они имеют право требовать, чтобы угождали их невежеству и лени. «Искусство принадлежит народу». И стали размахивать этим «народом» и «простым человеком» во все стороны, как какой-нибудь Илья Муромец своей булавой, и крушить головы тех, кто не «простые». Постепенно эта официальная болванка наполнилась содержанием. И «простой человек» явился миру.
<...>
Так вот, я рассказываю в Хельсинки историю о том, как проектируется, воспитывается и становится главным судьей всего происходящего этот, так называемый «простой человек», и говорю: на могилах многих наших художников, которых или убили, или довели, или свели со света, можно было бы написать: «Их убил «простой человек». Партия не говорила, что это она расправляется с ними. Она утверждала, что всего лишь выполняет волю народа, что ради «простого человека» расправляются с Шостаковичем или с кем-то еще.
Итак, «простой человек», который твердо знал, как должен писать художник, как должен сочинять мелодии и подбирать гармонии музыкант, строчил в редакции, выражал свои возмущения по поводу любой нетривиальной вещи, напечатанной в журнале. Зачем такое печатают? Такое печатать нельзя. Народу такое не нужно. Некогда воспитанный, он сам стал воспитателем. Он стал воспитывать других. К какому-то времени, видимо, «простой человек» составлял уже статистическое большинство нашего общества. Примыкать к «простым» было выгодно и удобно.
<...>
Так вот, пока я все это говорю, я вижу, что студенты в большой университетской аудитории – такой же наверно, большой, как эта – как-то ежатся, смущаются и что-то им неловко. Потом ко мне подошли преподаватели и стали благодарить: «Спасибо вам! вот теперь они узнали, что они делают». «Они» – это студенты. Как выяснилось, хельсинские студенты подходят к своим профессорам с таким же требованием. Они говорят: «Не завышайте задач. Не требуйте от нас слишком многого. Не говорите нам слишком сложного и заумного. Мы простые люди. Не требуйте от нас невозможного. Все должно быть для простых людей». И Финляндия здесь совершенно не исключение. Это, к сожалению, типичная картина.
|
|
</> |
Опасно ли носить контактные линзы: вся правда от эксперта
Акт доброты
Эфемерное ощущение
Далеко Париж от Карпат, а вот на тебе...
Валентин Левитин и Владимир Гоосс
Пророчество
Олимпия в платье-комбинации на Рождественской елке Burberry
Псковщина в деталях: вокруг Пушгор и дорога на Гдов
1971: Дэвид Боуи выпустил четвертый альбом Hunky Dory

