Очень важное, чтобы не было вопросов

fikcia — 12.12.2011 Позавчера я случайно узнала, что один очень близкий мне человек, мнением которого я дорожу, заочно представляет меня своим друзьям так: "Ее зовут Дана Курская. У нее плохие стихи, но это ничего". После этого я, прямо скажем, повела себя по-хамски, заявила, что требую к себе уважения и т.д. Хотя на самом деле не имела право на такое - человек искренне выражает свою точку зрения, он не делает это как-то за глаза, он просто сразу расставляет приоритеты. Он не говорит: "Это Дана Курская. Она пухлая и с чувством юмора".  Он не говорит: "Это Дана Курская. Она много работает и поэтому вечно злая". И даже "Это Дана Курская, она из Челябинска" он не говорит. Ему важно сообщить членам поэтической тусовки, что меня не надо, если что, принимать в расчет.  И когда я это поняла, мне стало чудовищно стыдно перед вами всеми.
Я много лет таскаюсь по литвечерам, вывешиваю свои плохие стихи в журнал, имею наглость публиковаться где ни попадя, участвовать в семинарах и даже выступать на сцене. Я никогда не лукавлю, когда открыто говорю, что не поэт, что пишу фигню и что вы все меня талантливее. Но я никогда не считала, что мои стихи плохие. Они могут быть корявыми, подающими надежду, недоделанными, они могут называться "на "троечку", но я не могу назвать их плохими.
Возможно, это самовнушение - меня с детства показывали по ТВ с моими стихами, звали в Москву на поэтические концерты, задаривали премиями и упорно делали из меня Нику Турбину челябинского разлива. Может быть, из всего этого и выросла моя уверенность, что эти стихи нельзя называть плохими - ведь вон же, людям нравится, старушки плачут, Михалков лично цветы дарит. Стало быть, такие стихи все-таки не плохие, а возможно даже и неплохие.
Но позавчера я четко осознала, что была посмешищем - по крайней мере, те последние лет шесть, когда стала посещать всякие "Кафемаксы"-слэмы-прочие питейно-литературные мероприятия, на которых общалась с настоящими поэтами на равных. То есть, нет, я признавала их величину и безусловно знала, что они в сто тысяч раз талантливее меня. Но я не думала, что меня принимают в свой круг из жалости. ("Бедненькая. Опять она приперлась со своими плохими стихами. Жалко ее.") Я в одну секунду позавчера почувствовала себя героем Калягина в финале фильма "Здравствуйе, я Ваша тетя", когда он по-свойски пытается зайти в гостиную, где расположилось светское общество, но перед ним внезапно захлопываются двери.
...Я все понимаю, стихи у меня действительно так себе, но - я лукавила, когда всегда говорила, что они ничего не значат для меня самой. Я не могу не писать, меня выворачивает, я дышу над каждым написанным собой словом, не гордясь им, но - умиляясь. Только так ведь делают не поэты, а графоманы - вот в чем штука. А у графоманов плохие стихи. Значит, и у меня - плохие?..
...Видит Бог, я никогда не стремилась к поэтическому признанию, не мечтала о каком-нибудь "Дебюте" и знала, что не достойна ничего Великого. Но мне всегда казалась, что я достойна того, чтобы меня представляли людям не как "Дану Курскую с плохими стихами".
Мне на самом деле очень повезло с тем, что я имела шикарную возможность окололитературности - я варилась в одной кастрюле с теми, кого будут проходить на уроках литературы в конце двадцать первого века. Мне выпала удача наблюдать на протяжении многих лет становление гениального поэта Льва Оборина, я пила с потрясающим Алексеем Ушаковым, я воочию знакома с моим любимым поэтом  Геннадием Каневским, на стихи которого я ориентируюсь как на солнце. Их много было рядом - талантливых, гениальных, которые никогда не вели себя со мной свысока - Павловская, Горшкова, Дорофеева, Плахов, Файзов, Григорьев, Арутюнов, Кащеев, Сальников, Логвинова, Гончуков.... Никто из них ни разу в жизни не дал мне понять, что у них-то ого, а у меня-то - плохие... Я так благодарна всем им за то, что разрешали быть рядом и даже (о, боже, как мне теперь за это до слез стыдно) ходили на мои литературные вечера...
...Простите меня, ребят. Я все поняла и больше не буду. Не буду участвовать в конкурсах, публиковаться, вывешивать свои плохие стихи в этот журнал и по возможности попытаюсь удалить со всех сайтов свои подборки.
Я не делаю из этого шоу, потому что попытка сделать шоу из личной трагедии вызывает брезгливость. И пишу это сейчас публично только потому что не хочу, чтобы мне задавали вопросы - почему я больше не.
Конечно, я не перестану писать стихи. Просто не смогу. Но я всегда писала на самом деле только для себя, мне не важно быть услышанной.
Я очень люблю вас всех и хочу, чтобы вы рассказывали обо мне своим друзьям-поэтам так: "Это Дана Курская. Она не пишет, но мы любим ее просто за то, что она есть".

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив