О Путешествии в Элевсин

oshen_ouchecn — 05.11.2023

Еще о книге. Попыталась представить аудиторию, для кого Пелевин пишет. Конечно, это домохозяйки, занятые бесконечными домашними делами и заботами о семье, но их развитие позволяет им находить время и находить в этих романах необходимый для себя глоток свежего воздуха, как освобождение от привычной суеты. Это и молодежь, учащаяся и научившаяся. Воображение помещает сюда и пожилых людей, интересующихся, все же современными, потому что мы не можем этого отрицать – литературными вопросами. И да – подобная литература запрашивает наличие в читателях некоторую мегатюринговость, что позволяет несколько расширить рамки возможных читательских групп.

Пелевин известен еще и тем, что иллюстрирует свои книги. Вот и на этот раз мы видим, возможно, его рисунки, что тоже вызывает неподдельный интерес. Трудно представить современного писателя, занятого еще и художествами, но у каждого свои причуды.

Императорское предисловие приспосабливает читателя к предстоящему долгому чтению, развлекая, напоминая об исторических фактах, как например история гладиаторов Priscusa и Verusa, о настоящих римских летописцах, что обволакивает римской атмосферой, несмотря на современные вкрапления, типа «карбоновая песня» и другие современные слова. Вспомнен и Шекспир, видимо его «to be or not to be» проходящее невидимым рефреном вплетается в повествование, как канувшие в нем алгоритмы и баночники-неудачники, как бы предваряя тему романа.

В книге не такое большое количество действующих лиц. Такая населенность страниц должна чем-то компенсироваться. И конечно, она компенсируется переживаниями главного героя Маркуса – Зоргенфрея и Забабы Шам Иддина. Видимо, тут что-то значащие иностранные языковые корни… В излюбленной манере, нам представлена история ученика Маркуса. Не надо быть глубоким философом, чтобы понимать, что учиться чему-то необходимо, даже если ученик не хочет, его научает жизнь, но уже в свойственных ей привычках. Эту мысль Пелевин, в который раз доносит до читателей.

Также прослеживается мысль, возможно почерпнутая из известных писателю учений, о непростом выборе самого ученика. На страницах мы встречает адмирала-епископа Ломаса (тоже что-то иностранное) и Порфирия (кто только уже не проехался по происхождению этого имени).

Впечатлительные натуры, на ругаемом некоторыми тексте, вполне могут впечатляться, собственно, достраивая недостатки текста силой своего опыта и воображения, потому что ждать от того что есть можно только то, что есть. Возможно, в этом какая-то фишка современного Пелевина, и да – почему бы и нет?

Мы видим также проскальзывание в тексте сочинений Порфирия: книга философа Гегесия, другие справки и комментарии. Они наполнены размышлениями о человеке, его отношении к своей реальности, в ее бытовой и религиозной ипостасях. Таким образом, писатель как бы приглашает присоединиться к этим размышлениям, и, может быть, найти для себя что-то главное, сохраняя в себе эту удивительную способность – мыслить над вещами непонятными и загадочными. Найти как минимум, потому что без этого нахождения никакая задача максимум даже не обозначится. Почему? Потому что именно так в романе показан путь Маркуса, хорошего малого, располагающего к себе, ищущего и находящего.

Колосс, арена, Ромул и Рем, древние выражения, такие как «Ex Oriente Lux», прочие триггеры – все они по-своему действуют на ту же домохозяйку, оттого и неожиданней, и возможно, полезней некоторое узнавание, которое одно способно вынести вердикт, хороша или не хороша книга, насколько Пелевин постарался, а где недотянул. Из таких мелочей и складывается аура признательности или недоумение и негодование за зря проведенное за чтением время.

Понятно и стремление автора внести что-то из киноиндустрии. Разноцветные мечи заставляют по-особенному воспринимать древнюю современность, а может быть, современную древность. Тема преданий и предательств возникает логичным образом, но разрешается неожиданным действием, к которому автор подводит читателя.

Тема ритуалов, не раз возникающая на страницах, кажется архетипической необходимостью, важным элементом романирования, живым филологическим артефактом и психологической адаптацией читателя к такому древнему миру эйдосов и тишины, аустерциев и мраморных чудес.

И конечно, затронута тема мифической реки, с пожирателями душ и таинственными чудищами, вытаскивающими смелых пловцов в настоящую реальность. То, как это сделано, не может не тронуть чувствительных читателей, обладающих еще не пресытившейся кинестетической данностью своей души, в части ее визуального восприятия. А если кому-то захочется перечитать этот роман снова, то это будет еще одна победа того, что должно победить над тем, что должно быть побежденным. Это ли не цель, даже в нашем, подверженном жесткой меркантильности и эгоизму, времени?

Оставить комментарий

Популярные посты:

clemens

Как получить пособие на погребение в 2026 году: размер и порядок выплат

• Ранее
• Архив