Нобелевский прогноз-2021

ksonin — 08.10.2021 Нобелевской прогноз по экономической науке не особенно меняется год от года. Экономистка, которая была реальной претенденткой в прошлом году, может выпасть из круга претендентов по двум причинам – во-первых, потому что получила премию; во-вторых, потому что умерла. В отличие от естественных наук, где бывали лауреаты «одного прорыва», Нобелевские претенденты по экономической науке – это люди, которые поменяли ход науки как минимум два-три десятилетия назад; соответственно, за прошедший год ничего с научной репутацией произойти не могло. Если интересно, читайте прогнозы - довольно удачные! - предыдущих лет (все, кроме троих, экономисты, получившие премию в последние десять лет, упоминались в моих прогнозах), чтобы узнать, за что могут получить премию Авинаш Диксит, Элханан Хелпман, Энн Крюгер, Чарльз Мански или Джон Лист. Ещё раз - окончательно из списка возможных лауреатов может вывести только смерть. Так что мой прогноз каждый год меняется, но не сильно. В 2020 году он выглядит вот так:

(1) Дарон Асемоглу (МТИ) и Джеймс Робинсон (Чикаго) за исследование ключевой роли институтов в экономическом развитии. То, чем Асемоглу и Робинсон знамениты на весь мир - см. мини-обзор научных работ, на которые опирается популярная книжка Why Nations Fail – это лишь малая часть исследований Дарона и Джима, которые, можно сказать, создали современную институциональную экономику, сменившую "новую институциональную экономику" Норта и Фогеля. Как сказал по тому же адресу, но другому поводу нобелевский лауреат Роберт Солоу - "рядом с этим [учебником Асемоглу по теории роста] я чувствую себя как, наверное, чувствовали бы себя братья Райт рядом с современным авиалайнером." Вот и новые институционалисты  так cебя чувствуют - стоят рядом с супер-лайнером и думают, как это всё выросло из работ Дугласа Норта. В сентябре 2019-го вышла новая суперкнига, "Узкий коридор" и ощущение "братья Райт рядом с Боингом-787" только усилось. Это премию, конечно, приятно предсказывать - см. наш новый обзор по теории институциональных изменений. Если Дарон получит премию за институты, в этом будет и наш небольшой вклад.

Асемоглу и Робинсон могут получить премию и за политическую экономику. Это было бы особенно приятно, потому что это - моя специализация, Дарон - мой соавтор, а Джим - коллега по факультету в Чикагском университете. С другой стороны, эту премию трудно было бы представить без Гвидо Табеллини из Боккони. Но как можно дать премию Табеллини, не дав её его постоянному соавтору Торстену Перссону? A это невозможно: Торстен - секретарь комитета, присуждающего премии. Читайте наш (на этот раз без Дарона) новый обзор - другой! - по политической экономике авторитарных режимов, там немало про работы Асемоглу и Робинсона. Или, лучше, их собственные книжки - аспирантский учебник "Economic Origins of Dictatorship and Democracy" или популярное изложение "Почему одни страны богатые, а другие бедные".

(2) Оливье Бланшар (МТИ), Стэнли Фишер (МТИ), Грегори Мэнкью и Кеннет Рогофф (оба - Гарвард). Да, да, я знаю, что четырём человекам сразу премию за исследование и практическое применение макроэкономических моделей дать не могут. Что ж, выбирайте любых троих по вкусу. В интеллектуальном плане это самые влиятельные макроэкономисты в мире. Про Рогоффа, самого, наверное, дорогостоящего спикера из академических экономистов, международного гроссмейстера и популярного автора "This Time is Different" я уже несколько рассказывал историю. После лекции в РЭШ десять лет назад он спросил нас за ужином - были ли на ней руководители ЦБ и министерства финансов? И, узнав, что нет, сказал - "вот странно, они платят 15000 долларов за место на моём семинаре в Абу Даби, а ведь это в точности те же слайды и та же самая лекция",

По учебнику Мэнкью учится экономике весь мир, он долго был заметным "голосом" в стане республиканских экономистов, но он также и автор невероятного числа (400?) статей, среди которых моя (и, по-моему, многих экономистов) любимая начинается со слов "This paper takes Robert Solow seriously,"  создатель, среди прочего, "нового кейнсианства". А учился я макроэкономике по учебнику как раз Бланшара и Фишера, которые были учителями половины, по-моему, центробанковских экономистов в мире (включая и наш российский). Про Бланшара  в связи с его уходом с поста главного экономиста МВФ, была хорошая статья со странным названием в Washington Post. И Кругман, и Мэнкью порекомендовали её в своих блогах, а это дорого стоит - в публицистических вопросах Кругман и Мэнкью почти всё время оппонируют. Но, мне кажется, премия макроэкономистам - особенно специалистам по монетарной экономике, давно напрашивается.

Эх, не хотелось бы мне самому стоять перед таким сложным выбором. А ведь есть и пятый - Бен Бернанке (Брукингс), заслуживающий премии в этой теме. Не за председательство в ФРС, за время которого ему пришлось, столкнувшись с крайне необычными обстоятельствами, действовать в соответствии с теорией и историей. (В бакалаврском учебнике по макро, по которому я двадцать лет назад учился на первом курсе РЭШ, "ловушка ликвидности" упоминалась, кажется, в сноске - теоретический изыск, относящийся к далекому, несколько десятилетий, прошлому). И это при том, что море "практиков"  вопило о том, что деятельность ФРС приведёт к высокой инфляции. Далеко не только из-за того, что они защищали чьи-то интересы, большинство просто по неспособности понять, как устроен мир. Кто-то даже потерял миллиардик, ставя против макроэкономической науки... Но Бернанке заслуживает премии не за руководство, пусть выдающееся, ФРС - за это дают ордена, за это приглашают выступать на форумах и, главное, слушают. Его премия была бы за исследования истории денежной политики (да, это новое качество по сравнению с тем, за что получил премию Милтон Фридман). И, значит, Бланшар с Фишером, в принципе, могли бы быть с Бернанке в одной лодке.

(3) Макроэкономистов можно скомбинировать и с Асемоглу, который внёс огромный вклад в "макроэкономику долгосрочной перспективы", создав теорию направленного технологического развития, и с Джанет Йеллен, которую я упоминал в прошлом году - но это было бы очень необычно если бы премию получила министр финансов США, и с Робертом Барро из Гарварда. Вот кто, на мой взгляд, незаслуженно обойден - а часики-то тикают. Ещё студентом, в 1960-е, он прославился моделью внешних эффектов, когда дисбаланс спроса и предложения на одном рынке передаётся на другие. Он один из основателей современного - последних сорока лет - взгляда на инфляцию. То, что ожидания играют ключевую роль сейчас настолько прописная истина, что трудно представить, что когда-то за этот взгляд нужно было бороться. Его статья 1973 года - первая модель оптимального выбора усилий в политическом контексте опередила время на два десятилетия. Он обосновал - за двадцать лет до массового применения - идею инфляционного таргетирования. Какие-то его результаты давно устарели - те же межстрановые (панельные) регрессии в теории роста, и тем не менее далеко продвинули науку.

(4) Высокотехничный статистический анализ реальных данных начинался когда-то с биологии-евгеники (Пирсон-Спирмен-Фишер), но уже много десятилетий именно в общественных науках самая мощная "прикладная теория" анализа данных. Биомедики берут у экономистов их методы, а не наоборот. Друзья и коллеги который год подсказывают, что давно своей премии ждут статистические методы и я который год добавляю двух великих статистиков в свой прогноз.  Так что премию Питеру Филиппсу и Дональду Эндрюсу надо, пожалуй, ждать. Со стороны кажется, что весь современный анализ данных как-то связан с этими именами.

(5) Можно дать экономистам-математикам, двигающим вперёд математическую статистику, а можно - за развитие и использование прикладных методы в работе с данными для анализа рынка труда и других рынков. Например, Джошуа Энгрист из MIT, известный всем по книжкам «Безопасная эконометрика» («Mostly Harmless Econometrics») и «Мастерство работы с данными» («Мastering Metrics»), лучшей, на мой взгляд, научно-популярной - чуть сложнее, чем научно-популярная, но ненамного - книжки про работу с данными. Там же неспециалист может прочитать и про научные работы самого Энгриста - в основном создающими, на практических примерах, методы где очень сложные хорошие оценки - в экономике образования и экономике труда. Можно скомбинировать с Дэвидом Кардом из Беркли - одним из отцов, в том числе и по количеству учеников, в экономике труда.

Другой серьёзный кандидат в этой области - Клаудиа Голдин из Гарварда (https://scholar.harvard.edu/goldin/home), исследователь роли человеческого капитала. Одна из её первых известных работ - про то, как изменился отбор женщины в оркестры, когда отборщики перешли к "слепому аудированию". Прослушивания стали проводить за экраном - и удивительно (сейчас уже не удивительно) как вырос процент женщин, когда отбор осуществлялся "вслепую" (https://www.nber.org/papers/w5903.pdf). Не волнуйтесь, это 1970-80е, это тогда была столь явная дискриминация - у хорошей музыкантки было куда меньше шансов попасть в оркестр, если отборщики знали её пол.

Конечно, как всегда в случае серьёзного кандидата на Нобелевскую премию по экономике, речь идёт не об одной-двух, а о десятках, если не сотнях, важных работ. Статьи Голдин очень интересно читать - это история человеческого капитала, то есть образования и технологий в XX веке. У Голдин и Каца есть книга именно об этом - о том, как менялась зависимость зарплат от технологического прогресса и изменений в образовании (https://www.amazon.com/Race-between-Education-Technology/dp/0674035305).

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив