Непростой выбор

el_murid — 09.10.2017 ИГИЛ заявил об атаке позиций ХТШ в Восточной Хаме. Это никак не вяжется с теорией  том, что ИГИЛ и ХТШ совместно координируют свои усилия по борьбе с Асадом. Естественно, под руководством США. Но здесь совершенно обычная ситуация - если факты противоречат пропаганде, пусть будет хуже для фактов.

Где-то год назад я уже писал, что российские советники, решая поставленные перед ними кремлевскими олигархами задачи, не только не способствуют борьбе Асада за выживание, а наоборот, делают всё, чтобы максимально ускорить крушение сирийского режима. В рамках фатального опоздания, с которым Россия вписалась в сирийские события, ни о какой мифической победе, да еще бодрым шагом, говорить было невозможно. Единственный более-менее приемлемый вариант - нацеленность на минимизацию активных боевых действий и сталкивание противников режима между собой. Это подразумевало длительный по времени и сложный по исполнению процесс, но он по крайней мере мог принести системный положительный результат.

Сама конфигурация положения сторон год назад диктовала единственно рабочий сценарий выполнения такой стратегии: выход из Алеппо и сдача его умеренным, создание максимально протяженной линии соприкосновения ИГИЛ и умеренных в провинциях Хама и Алеппо. Вывод сил из Алеппо позволял Асаду уплотнить свои собственные боевые порядки и создать подвижный оперативный резерв для ликвидации попыток наступления боевиков на его территорию, а также для ликвидации анклавов внутри своей территории. Поддержка российской авиации в таком случае добавляла ему тот ресурс, которого у Асада уже не было по истечении 4 лет войны.

ИГИЛ и Джебхат ан-Нусра, а также "умеренные" террористы являются антагонистами по определению, а потому конфликт между ними в случае соприкосновения неизбежен. Три принципиально разных исламистских проекта имеют гораздо больше разногласий между собой, чем с внешними по отношению к ним противниками. Учитывая, что парадоксальным образом именно "умеренные" являются экзистенциальным противником Асада, ИГИЛ мог стать даже ситуативным союзником Асада и Кремля в борьбе с протурецкими и просаудовскими группировками.

Такая стратегия позволяла Асаду укрепить свое положение на "своих" территориях, реанимировать систему призыва, заново создать и обучить армию. Ну, и главное - избежать бессмысленных и совершенно неэффективных потерь еще оставшихся у него ресурсов.

Однако было принято прямо противоположное решение, результат которого у нас перед глазами. Медийно он позволяет рапортовать об освобождении территории, однако с фактической точки зрения асадовский режим теперь напоминает человека, полностью исчерпавшего от голода резервы организма, который теперь пожирает внутренние органы, вводя человека в необратимое состояние. Территории в обмен на ресурсы - сомнительне достижение. Уже сейчас видно, к чему привела эта стратегия: даже при усиливающейся поддержке авиации третий день элитные части сирийской гвардии вместе с российским спецназом не могут очистить Карьятейн от 200 боевиков, три четверти которых - местные гражданские. Такая же ситуация по всей трассе Пальмира-Дейр-эз-Зор. В Маядине боевики вчера довольно легко восстановили все территориальные потери за двое суток. В северной Хаме продолжает накапливаться предкатастрофическая ситуация. Объяснение одно - у Асада просто нет сил. Они израсходованы на то, чтобы на брифинге минобороны можно было отчитаться о достижениях двух лет.

В итоге Асада фактически заставили замириться со своими главными противниками и бросили расходовать оставшийся людской и материальный ресурс на противника, который, в сущности, уже не имел к Асаду каких-то особых претензий. ИГИЛ практически вплотную подошел к территориям, населенных преимущественно сирийскими меньшинствами, а потому не имел никакого интереса для их захвата. Напротив, суннитские территории под контролем Нусры и умеренных - вот была его цель в Сирии. При этом для "умеренных" основная цель - это свержение Асада. Везде и по всей территории.

Либо российские советники попросту не понимали имеющихся раскладов и стратегий разных противников (что совершенно не исключено), либо поставленные перед военными задачи вообще никак не имели целью реальную помощь режиму Асада, а заключались в каких-то совершенно иных замыслах. Итогом стало втягивание России в эту войну, продолжение медийно значимых, но совершенно бесперспективных операций по формальному освобождению территорий, при том, что сил для организации контроля за ними нет уже сейчас. Атака ИГИЛ на юге Сирии - пример того, как именно организован этот контроль. Никак. Нечем.

Итогом "победы" станет два принципиальных фактора. Первый - в лучшем случае будет установлен очень формальный контроль над населенными пунктами на раскрашенной карте (причем даже сейчас процесс "примирения", которое подписали уже почти 2 тысячи населенных пунктов, привел к тому, что эти города и деревни подконтрольны только местным ополчениям - правительству в них дорога заказана, как, впрочем, и боевикам). Такой контроль никак не сможет препятствовать любым перемещениям любых боевиков по территориям между населенными пунктами. Второй фактор - это фактор раздела Сирии на зоны оккупации. Неизбежно противоречия между внешними и внутренними игроками приведут к столкновениям уже между этими зонами. При этом силы Асада будут находиться в постоянном хроническом истощении от бесконечных стычек и столкновений с боевиками, свободно ходящими по условно подконтрольной ему территории. Как сейчас это происходит в районе Сирийской пустыни. Война перейдет в затяжную стадию низкоинтенсивного конфликта, из которой выйти без мощной подпитки ресурсами извне будет невозможно.

С политической точки зрения такое положение станет отложенным поражением. Россия не сможет выйти из Сирии, так как режим Асада будет мгновенно атакован всеми противниками и практически сразу рухнет. Если в Афганистане Наджиб держался на поставках из СССР, но хотя бы имел возможность опираться на относительно дееспособные вооруженные силы, и рухнул только после прекращения поставок материальных ресурсов, то у Асада в такой конфигурации не будет даже армии. Вне зависимости, куда именно будет поставлена запятая в выражении "Выходить нельзя остаться", Россия потерпит тяжелое поражение. Выход будет означать крах режима и окончательную потерю Сирии и Ближнего Востока для нас, оставаться в Сирии - нести тяжелые потери. Людские, материальные и финансовые. Строго медийно нас будет греть сознание того, что мы кого-то там победили, а точнее, накостыляли кому-то, но это слабое утешение для всего комплекса сопутствующих проблем.

На мой взгляд, ошибка в изначальном планировании уже привела к небратимым последствиям. Мы теперь должны либо усилить свою группировку в Сирии (причем кратно), и под ее прикрытием всё-таки попытаться провести все необходимые мероприятия по строительству новой сирийской армии и восстановлению госуправления, либо оставлять Асада на произвол судьбы уже сейчас.

Оба варианта на самом деле означают признание полного провала всей предыдущей стратегии действий, однако любое неприятное решение лучше принимать сразу, а не тянуть до последнего. Оба решения плохи, но продолжение нынешней стратегии чревато тем, что в скором будущем выбор будет уже не из плохих решений, а очень плохих. А еще позже - из катастрофических. Понятно, что есть телевизор, который отработает по полной программе и убедит большую часть электората в любом результате, как безусловной победе, но остальной мир наше телевидение не смотрит, а потому будет делать совсем другие выводы.

ПС. По самой атаке ИГИЛ. Здесь снова вранье пропаганды. Она на днях помпезно объявила о ликвидации "Акербатского котла". Атака была организована именно из этого "котла", причем боевики из него теперь вышли, заодно снова перерезав трассу на Алеппо.



И еще одна карта о тех же событиях:

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив