На букву «У». Убедительность.

antimeridiem — 31.10.2021 Подумал сейчас, что меня никогда не убеждали математические доказательства. Даже когда можно проверить на палочках, что 1+1=2, не покидало ощущение, что всегда может прийти какой-нибудь умник и показать, что это не так. И когда сам решал математические задачки, никогда бы, как это говорится, «не дал бы голову на отсечение», что ответ верный. Не потому что подгонял или заметал мусор под ковер. Нет, если меня что-то тревожило и казалось неубедительным, то понятно, что задача не решена. Но даже когда никаких сомнений не наблюдаю, уверенности все равно нет. И не напрасно. Не раз сталкивался с ситуацией, когда кажется, что не подкопаешься, а подкопаться все-таки удается. Так что возможно моя неуверенность в математических рассуждениях это что-то нервное, типа опыт сын ошибок трудных. Но это ладно.

Это я к тому, что ощущение убедительности это все-таки именно ощущение. Тут мало что можно доказать, просто оно иногда возникает, а иногда нет. Из научно-популярных книжек наверно только Фейнман оставлял такой ощущение. Это был абсолютно правильный подход, не декларативный, а исследовательский. Кажется, что человек вот просто возится со всеми этими вещами и с увлечением описывает сам процесс. Конечно же, я не могу ни в какой мере оценить результат этих изысканий, но то, как он мне про них рассказывает – убеждает.

Или вот литература. Я наконец понял, что улетучилось из современной литературы. Как раз это – убедительность. Её и у наших классиков было немного. У Достоевского побольше, у Толстого поменьше, у Чехова очень убедительно, вот только убеждает он в какой-то тривиальной вещи типа «все должно быть прекрасно, но это бессмысленно». Вот Кафка убеждает, хотя толком не поймешь в чем. Ну, вот как Фейнман, да. Пушкину почему-то верю, а Лермонтову – нет. Речь тут именно что не о качестве литературы, а об ощущении убедительности. У Мандельштама убедительность под конец росла просто по экспоненте, я там буквально всему могу поверить, как бы дико это на мой слух ни звучало. А Маяковский, как бы я его ни любил, совершенно не убедительный. Платонов, Заболоцкий – убеждают, а Булгаков нет. Как тут понять? Наверно некоторые все-таки своей жизнью отвечают, а другие, как бы ни были интересны эти игры – играют. Или так. Одни изобретают, а другие – видят. Не могут не видеть. И вот это «не могут не» особенно убеждает.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив