Миракль о профессии

peggotty — 20.04.2010 Когда я только собиралась поступать на филфак, выдающиеся граждане Тирилтопена с непреодолимой уверенностью, достойной мистера Сапси, полагали, что на выходе я буду учительницей русского языка и литературы. Считалось, что филолог - это такой специальный человек, ответственный за несение национальной культуры куда-нибудь в район шестого "В". Уже отучившись несколько лет по курсу скандинавистики, я донельзя шокировала свидетельницу на свадьбе моей одноклассницы, открыв ей существование датского языка. "Это как английский?" - недоверчиво уточнила она, поскольку существование английского языка по крайней мере было достоверно подтверждено преподаванием его в тирилтопенских школах.
Чем дальше, тем больше я узнавала, что филолог непременно должен с любого места цитировать цветаеву, при каждом удобном случае поминать достоевского и где-то даже вежливо, но твердо пару раз вставлять мамина-сибиряка в культурный контекст повседневности.
Могу сообщить, что классики, неоэллинисты, словесники, романисты, германисты, переводчики, славяне, РКИшники и прочие не-русисты тоже были втиснуты в этот паттерн, поскольку в ином случае их существование становилось неясным для общей полезности сохранения и приумножения великой национальной культуры.
Потому что второй миф о нашей профессии включал в себя образ филолога как дежурного по русской духовности. Очень приблизительно этот миф раскладывался так - если человек на кортах с семками отчаянно пренебрегает кодифицированной орфоэпической нормой, то недоглядел филолог. Это достаточно ясно показала прошлогодняя ситуация с введением якобы новой языковой нормы, когда любители русского языка публично брачевали комиссию по русскому языку вместо того, чтобы заглянуть в словарь и узнать, что нормы, которые они полагали новыми, существуют там еще со времен щербы. Узнать, откуда ноги растут у этой софии довольно сложно, да на то это и миф, но, возможно, он как-то связан с третьим сказочным представлением о филологе как о девушке в длинной юбке, беспрерывно цитирующей Блока.
Девушка в юбке возникла где-то уже на стадии поступления. Сообщалось, что филфак - это прибежище лилейнораменных и волооких дев разной степени томности, но с прописанной атрибутикой - длинными власами, отсутствием мужчин и присутствием Блока. Поэтому, поступив, я чувствовала себя немножко Шлиманом - он же читал, что Троя есть, но, черт побери, где. И копать было некуда - под нами был юрфак.
А на уровне Трои-7 так и вообще столовая.
Зато образ складывался соблазнительный - девушка с косой и блоком наперевес на страже рода "кофе". Я иногда думаю, что у нее есть муж - немытый программист, маньяк-гинеколог или пьяный сантехник.

Разрушать миф о филологе всегда очень немного стыдно, потому как не только приходится говорить вроде бы очевидные вещи о том, что все люди на вкус и цвет разные, но и потому, что именно это, в общем, и преподают на филфаке. Про то, как разные люди в разное время и разными словами описывали то, что у них в голове и вокруг головы. И это звучит как-то настолько просто и скучно, что розенталевская невеста с блоком и косой, все груди кладущая на весы Знания, Духовности и Воспитания, выглядит, несомненно, увлекательнее.

Зато, мне кажется, интересно будет послушать мифы про другие профессии. Я думаю, что они все приблизительно такие же смешные.
Я вот одно время твердо знала, что не смогу быть логистом.
У меня же с логикой плохо.

Рассказывайте, в общем.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив