Михаил Сергеевич Рохани

el_murid — 29.09.2013

Иранского президента Рохани некоторые комментаторы называют иранским Горбачевым. Возвращение Рохани на Родину живо напомнило это сравнение. Разве что Рохани разом проскочил этап народного обожания Михалсергеича и сразу перешел к позднегорбачевской стадии популяности.

В машину иранского президента летели ботинки, вслед ей выкрикивались разные слова. Судя по всему, речёвка "Славься" в них точно отсутствовала.

То, что ультраконсерваторы не станут бурно радоваться внешнеполитическим успехам Рохани, было ясно с самого начала. Теперь это было выражено словесно и визуально.

На самом деле, роль Рохани явно незавидная. Ему нужно пройти по очень тонкой грани, пытаясь найти компромисс с исчадием ада и отцом лжи. Будучи соратником аятоллы Хомейни и принимая участие в революции 79 года (собственно, не просто принимая, а стоя у ее истоков), Рохани вряд ли подлежит сравнению с Горбачевым - тот был просто романтиком, чей идеализм почти неотличим от идиотизма. С Рохани ситуация прямо противоположная - он жесткий прагматик. Хорошо понимающий, что хочет, и как этого достичь. Однако в отличие от своих коллег-ультрас, обладающий великолепными договорными способностями.

Тем не менее, перед иранским истеблишментом стоит очень сложная задача - прийти к консенсусу, которого пока, судя по всему, нет. Отсутствие консенсуса и понимания пределов гибкости политики договоренностей с США может закончится очень печально - Ирану действительно требуется проводить внутреннюю модернизацию - и экономическую, и политическую, и социальную. Арабская весна доказала, что молодые поколения не готовы разделять идеалы отцов, и без учета их интересов любые железобетонные конструкции закостенелых догм грозят лопнуть под внутренним напряжением. А уж желающих попользоваться открывающимися перспективами будет хоть отбавляй.

Экономическая ситуация в стране тоже не блестяща. Санкции создают соблазнительный повод списывать трудности на происки внешних сил, однако бесконечно педалировать эту тему невозможно.

Иранская политическая система, при которой президент является вторым лицом, а верховная власть и арбитражные функции принадлежат рахбару, создает уникальную ситуацию, когда элита может быть взнуздана и поставлена в приказном порядке перед необходимостью прийти к согласию. Однако для этого нужно, чтобы сам Хаменеи осознал необходимость перемен и их пределы. Насколько он способен к этому - пока загадка.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив