Коробка с секретом

Никакие боги интернета никогда не смогут предсказать, что подвернется веб-серферу в его многотрудных и бессмысленных блужданиях по сети. С уверенностью можно только предвидеть, что если какая-то тема всплыла в разговорах не менее двух раз, все – это знак, что-нибудь к бережку да прибьется – то ли картинка с выставки, то ли обломок космического корабля, то ли обрывок песни на тараканьем языке…
В общем, не далее как недавно (я еще и забыть не успел) мы с одним замечательным френдом обсуждали игрушечные дома, которые строили в детстве – кто как, кто используя спичечные коробки, кто воздвигая стены из книг. Чуть позже одна изумительная френдива поделилась со мной тайной самого настоящего «крекс-пекс-фекса», то бишь, реализации долгосрочных сложносочиненных планов при помощи детского «секретика» и изрядной доли воображения. И то, и другое, переплетшись в моем искалеченном бессистемным глядением в экран сознании, вылилось в проект “Les boîtes” (The Boxes) художника-скульптора-дизайнера Marc Giai-Miniet (Марк Жье-Минье), который определенно относится к породе неприостановленных детей, несмотря на то, что внешне больше похож на Пера Ноэля.
В домах, которые строит этот дядька, никакая нечисть вроде барби, конечно, не заведется. Это вообще не совсем дома. Это лаборатории, фабрики, библиотеки, офисы, нежно разрезанные, вскрытые так ласково, как вскрывают именинный торт, чтобы не помять, чтобы не разрушить ритмичность многослойной начинки. Вскрыто, выставлено на наше обозрение, можно приглядываться-принюхиваться и, поправляя на носу то и дело сползающие очки, перебирать глазами мелочи, детали, подглядки, метки, следы, сумасшедшинки.
Можно попрактиковаться в наблюдении отстраненном, во взгляде извне: каким бы нам виделось человечество, если бы мы прилетели с другой планеты? Если бы можно было завести себе террариум людей, как многие в детстве заводили террариумы пауков или муравьев? Заметили бы мы, что эта помесь ос и термитов ваяет свои странные гнезда по собственному подобию, заплетая функции дома в сложный узор с функциями его обитателей? «Трубы, словно вены, и бачок сливной, как сердце, бешено стучит…» Что могли бы мы понять, разглядывая эти сложные и подробные, как рисунок капилляров на коже, абстрактные модели нашей деятельности, нашей среды обитания, нас самих? Странные птицы вьют эти гнезда, странные звери роют такие норы, странные и неугомонные, с такими инфернальными бессознательными подвалами, с такими ветреными чердаками, с такой разной и так сходно структурированной сердцевиной…