Копальхен

В восьмидесятых поголовье оленей на Чукотке достигало четырехсот тысяч. Ежегодно около десяти тысяч животных шло на забой. Консервы из оленины редко достигали южных и западных областей. Они предназначались для местных шахтеров, пограничников, рабочих предприятий, поселковых жителей и самих оленеводов. Часть мороженой оленины отправлялась на стратегические склады.
Особенностью же национальной кухни в этих краях издревле является копальхем. Рассказывает Раиса Исенова: «Вскоре после нашего приезда на Чукотку, я решила сходить в кино, в местный Дом культуры. Захожу в зал и вижу: слева плотной группой сидят чукчи, а справа, как можно дальше от них, все остальные. Мне это показалось странным и даже как-то неприличным. «Что за национализм?» - думаю. И демонстративно иду к чукчам, усаживаясь среди них. Почти сразу меня накрывает непреодолимо ужасный запах. Отрыжки после сытного обеда чукчи не стыдятся. То один, то другой… В общем, выдержала я минут десять и сбежала в другую часть зала. «Чем так пахнет?» - спрашиваю потом знакомых. «Копальхен», - хохочут они».
Копальхен (копальхем) - трупное оленье мясо. Среди северных народов считается деликатесом, неподготовленный же человек может получить сильнейшее отравление. Для чукчей же это вроде консервов. Упитанного взрослого оленя несколько дней держат без еды, чтобы очистился кишечник, а затем удушают арканом, стараясь не повредить шкуру. Труп закапывают в землю (вечная мерзлота!) или топят в болоте, закидывая сверху торфом и мхом. Там он и лежит, доходя до нужной консистенции. В итоге получается мало напоминающая мясо серая и дурно пахнущая масса. Зато очень жирная, питательная и полезная для тех, кто привык к нему с детства.
Чукчи очень любят соревноваться в силе и ловкости. Бег, борьба, прыжки – самые традиционные виды спорта. Соревнования по прыжкам проводятся так: в длинный ряд выставляются сани с небольшим промежутком между собой. Кто быстрее допрыгает через них до финиша, тот и победил. Соревнование это только на первый взгляд простое, на самом деле прыжки через достаточно высокие и близко поставленные друг к другу препятствия требуют опыта и очень хорошей координации.
Победам и призам, пусть даже совсем простым вроде вымпела, взрослые чукотские мужчины радуются как дети.
Вся жизнь чукчей до встречи их с белой цивилизацией была связана с оленеводством и охотничьим промыслом. По большому счету цивилизация и прогресс не нужны северному человеку. Ярангу он строит из оленьих шкур, одевается в оленьи шкуры, питается мясом убитого зверя, книги ему заменяют рассказы стариков, телевизор – гости и их новости, а искусство – рисунки на скалах. Чукотская яранга – это большой шатер, где на толстые шесты натянуты шкуры. Внутри неё – несколько таких же помещений поменьше.
Владимир Исенов: «На улице – мороз за сорок градусов, во внутренней маленькой яранге зажигаем обычную свечку, и через полчаса там становится так жарко, что мы раздеваемся до пояса»
Продолжение следует