ЖЕРТВА

markshat — 27.11.2023

Протяженность моей жизни позволила мне убедиться, что Россия – не случайное государство. Что это не орда, вдруг распространившаяся на необозримой территории, просуществовавшая десяток поколений и бесследно растворившаяся в пространстве и времени. Сегодня может показаться неуместным такое сравнение. Но жившим в начале 90-х такое развитие событий могло казаться вполне вероятным. Мы жили с ощущением, что страна трещит по швам и вот-вот расползётся в разные стороны. Теперь такое уже даже трудно представить. Русские с помощью присоединившихся и присоединенных народов создали жизнеспособное государство со слегка расплывчатыми меняющимися очертаниями. И в этой расплывчатости, в этой способности к периодическим сжатиям и расширениям его жизнеспособность. Разве живой дышащий организм не отличается тем же, тогда как мертвый способен только к необратимому распаду. Этап сокращения в 90-е, сменивший невообразимое послевоенное расширение, многие приняли за необратимый распад. Но современность опровергла эти опасения. За эту жизнеспособность русские платят высокую цену. И не только жизнями. Они лишены практической возможности создать национальное государство. Иначе распад стал бы необратимым. Вот почему русские националисты ущемлены в собственном государстве. В России невозможно русское национальное государство. Это цена устойчивости империи. Русский национализм ведет к неминуемому столкновению с национальными окраинами, которые никогда не согласятся на свою второсортность в рамках русского национального проекта. Это предопределило бы слишком много войн, слишком много территориальных споров. В конце концов это потребовало бы геноцида малых народов, что окончательно подорвало бы жизнеспособность самого титульного народа. Но отсоединившиеся от России национальные окраины сразу же становятся не только национальными, а скорее даже националистическими. Удерживающая от националистических крайностей включенность в Россию перестает их сдерживать после выхода из неё. И действительно, включённость в Россию является препятствием этим малым народам для создания своего национального государства. Что используется политиками этих и других государств. Одни за счёт национализма набирают очки во внутриполитической борьбе. Другие с его помощью пытаются оказывать через эти бывшие части Российской империи влияние на саму Россию. И даже сами русские националисты могут оказаться удобным инструментом дестабилизации своей собственной страны. Поэтому в России возможен только патриотизм. Патриотами могут быть люди самых разных национальностей. И это работает. В опоре на патриотизм, а не национализм, отличие империи от мононационального государства. Невозможность национального государства – это жертва, которую приносят русские на алтарь Отечества.

Оставить комментарий

Популярные посты:

pertinax

Эффективность флотационных установок в процессах очистки сточных вод автомобильных моек

masterok

Жуткая история крушения крейсера «Индианаполис»

langobard

Это фото (1897) знакомо каждому, кто поучился в СССР.

pasha_popolam

Бернард Роуз & Leo Tolstoy

glukovarenik

Покажи свой завтрак

orientalist_v

Зенитно-артиллерийское подразделение Тихоокеанского флота, Порт-Артур

jury_a_kap

Вот и четверть XXI века прошло.

5koleso

Косолапое совершенство: чем уникальна конструкция грузовых внедорожников Tatra

smapse

Секреты станций московского метро: дирижабли, окаменелости и последний буфет

• Ранее
• Архив