Из Китая в Достоевского

gignomai — 03.02.2023

Давно не писал о нашем вечернем чтение. А оно — наверное, одна из самых постоянных вещей в нашем катастрофически быстро меняющемся мире. Каждый день по полчаса примерно перед сном.

С неделю назад закончили китайскую научную фантастику, нашумевшую «Задачу трех тел» Лю Цысиня. Прочитали с интересом, хотя временами несколько уставали от собственно сайенса в этой фикшн. Мое почти совсем забытое физическое образование (более 60-ти лет тому назад!) мало помогало пониманию, да и лень вникать перед сном-то. Так, немножко, чтобы Таню от полного отключения уберечь. 

Исторически-игровая часть с ее смешением эпох даже раздражала.

Но сам Китай, как в страшненькую пору «культурной революции», так и в современную, «вегетарианскую», очень как-то хорошо воспринимался, без ощущения инопланетности (инопланетяне там тоже есть, но и они увидены так, как и мы бы увидели). Маленькая, но характерная деталь: очень скоро вполне привычно стало встречаться с героиней то под фамилией «Е», то под именем «Вэньцзе», совсем не казались экзотикой ни имена, ни прозвища, ни уменьшительные. Ощущение такое, что теперь и новости из Китая будут лучше пониматься.

Я и до этого немного почитал современную китайскую прозу. Но она такого эффекта не давала. Возможно, ощущению близости способствовал здесь инопланетный фон, совсем чужое...

***

А потом — Достоевский. «Подросток». Книга когда-то полюбленная, но сильно забытая. О ней еще напишу, но сразу вспомнилось, за что полюбил тогда, давно: за никем более не владеемую способность передать вот это ощущение падения наивно-открытой, болезненно самолюбивой и себя же стыдящейся души в скандал... Мне это знакомо, но за восемь десятков лет как-то освоены пути обхода и выхода, а вот, вспоминаю... Нет, не буду называть Х., хоть и помер уже он. Вот там открытость была абсолютная, до самой крайности. Но, правда, сам Х., по молодости (так молодым и помер), вроде и не так уж мучился, как Аркадий у Достоевского. Но близкие прямо-таки замирали от страха, что он что-нибудь непоправимое ляпнет при всех.

Вчера прервались на середине рассказа Аркадия про детство, сегодня продолжим.

Там и вокруг все безумно точные — Версилов, делающий иронический вид, мама Софья, ничего не понимающая, но боящаяся за сыночка, сестра, пытающаяся толчками в бок и шепотом удержать ,и Татьяна Павловна, все понимающая, но как удержишь...

Оставить комментарий

Популярные посты:

cardemua

Незаконное исключение из школы или отчисление из вуза: руководство по защите прав

• Ранее
• Архив