Игрушки для мамы Оли?

man_woman — 03.02.2011 Иногда хочется услышать все мнения, в том числе и начальника транспортного цеха. Мужчин, например.

Вы наверняка хоть краем глаза прочли о проблемах Ольги Слуцкер, у которой отбирают детей. Кто не читал, можно, например, тут.



Точка зрения ЖЖ-мам и вообще ЖЖ-дам предсказуема и понятна; они на стороне Слуцкер. Да и могло ли быть иначе. Меня тоже очень легко привести в боевую готовность, если у кого-то кто-то отбирает каких-то детей.



Пока болею гриппом, ничего не пишу, только читаю, ну и читаю про эту Слуцкер, начинаю искать что-нибудь по теме. Кроме ее личного взгляда на вещи.

Нахожу. Прочла.

И поняла, что меня очень интересует, что об этой ситуации скажут люди, у которых нет рефлексий и баттхертов на мамскую тему.

Мен-вумен – место как раз такое, народ у вас грубый, не сказать, чтоб блестящий, но в некоторых вопросах – удивительно объективный.



Как вы думаете, является ли мать собственником своих детей?

Как вообще можно воспринять известный лозунг «онажемать!» - что это, истерика недалеких людей, или объективный и правильный взгляд на мир?



Фабула: разводится парочка. Он не сантехник, она не уборщица – наоборот, бывшие супруги люди богатые, светские и так далее. Он предъявляет ей измену. И судя по всему, обосновано. В Интернете - куча материалов на эту тему: интервью, видео и прочее, но мне милее всего фотография на которой некто Дюков из Газпромнефти и Ольга смотрят футбол. Говорят, именно это связь и послужила последней каплей для мужа. Но это, как называется, только слухи. Aотография из Ольгиного же ЖЖ:







Она же ему предъявила – несходство характеров. Дети живут с отцам. По возрасту они вовсе не грудные младенцы, и не ясноглазые пятилеточки – старшему 11, младшей поменьше, но девчонка тоже соображает вовсю. Итак, они живут с отцом, и к маме НЕ ХОТЯТ. Вообще никак.

«вчера Миша ночью проснулся, прибежал к папе на кухню и уткнулся в плечо: «Папа, есть хоть один процент, что меня мама заберет? Мне страшно». – интервью с няней детей Слуцкеров.

Мама же пытается их забрать себе. Если бы Мише и Ане было 12 или больше, их мнение бы учли. Но пока что права выбора им по закону не полагается.



Я всегда на стороне матери, но судя по тому, что я почитала, Ольга Слуцкер – это не очень мать. Это женщина, которая играет в куколки. Куколки живые, но кого это волнует.



Дело не в том, что она не рожала своих детей. Все это предрассудки.

Где бы ни раздобыла женщина своих детей – она мать, пока ведет себя, как должно матери.

Диана Арбенина делала ЭКО, ее близнецы – от донора, но пока они были грудными, на всех гастролях Арбенина возила с собой контейнер для грудного молока. Слуцкер просто-напросто забыла бутылочки с молоком, отданные суррогатной матерью.



Тысячи матерей подвергаются преследованиям от органов опеки за «несделанный ремонт» или «опасные жилищные условия», за низкое материальное положение – но не они виноваты в том, что попали в жернов страшных социальных обстоятельств. Таким женщинам требуется помощь.



Дело даже не в том, что Ольга не пеленала своих ребятишек и не подтирала им попки. Есть матери приемных детей, которые взяли свою ребятню в таком возрасте, когда пеленать как бы уже поздно – но при этом им не пришло бы в голову сажать трехлетнего ребенка на модную похудательную диету или заставлять его стирать обсиканные штанишки.



Поведение Ольги Слуцкер – это не поведение строгой мамы. Это поведение большой девочки, которая получила в свое распоряжение неких человечков. Когда она вспоминает, что они где-то под рукой – она начинает в них играть.



Приходилось ли вам встречать родителей, которые используют свое потомство в совершенно не родительских целях (повышение самооценки, удовольствие от возможности полного контроля, еще что-то совершенно не родительское)?

Считается, что «в детей» играют только отцы, особенно часто это свойство приписывается разведенным отцам. «Он вспоминает о сыне только тогда, когда ему хочется выпендрится, показать, какой он классный папаша, а сам…» «Он рассказывает всем своим друзьям, какая у него замечательная дочь, а сам…»

Это про мужчин; женщина до последнего – вне подозрений.

Чаще всего такое отношение к материнству оправдано.

Но оно же и опасно. Сама роль «матери» оправдывает и покрывает.



Я хочу привести личный пример: мою маму воспитывала мать-одиночка, преподавательница немецкого языка. Она умерла в 63 года от рака печени, и только тогда моя собственная мать, человек глубоко больной и изломанный с детства, смогла перестать ее бояться.

В детстве мама жила либо у каких-то людей, которым было заплачено за уход, либо ездила с бабушкой по стране. Та никогда не задерживалась на работе подолгу. Новый конфликт – и «мы переезжаем». Если мама и бабушка какое-то время жили вдвоем, это было еще хуже. Маму били по голове костяшками пальцев. Оскорбляли. Бабушка «вышибала из дочери этого подонка-папашу», и много чего еще творила. Мама говорила, что если бы хоть кто-нибудь понял, что на самом деле происходит, и если бы ее забрали у матери, она бы плакать по ней не стала. Но никто не понимал, конечно. Тамара Васильевна Соловьева, преподаватель немецкого, партизанка, герой ВОВ, выглядела очень приличной женщиной и любящей матерью.



Так вот, про Олю Слуцкер. Когда человек одиннадцати лет говорит, что ему страшно возвращаться к маме, это значит только одно – не надо ему к такой маме возвращаться. Даже если она богатая, обаятельная, известная и может устроить шумную пиар-компанию на тему «Верните мне детей - моё богатство!»

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив