Игорю с радостью

Я тщательно слежу за каждым маршем — то несогласные идут, то кто еще. Сегодня в белых фартуках не наши под маской «Наших» вышли из трущоб. Не знаю, для чего они бастуют, против кого иль вообще зачем? Возможно, как в «Войну» помашут хуем (или еще побеспокоят чем). Нет, я не против. Я за несогласных. Я сам не соглашался никогда. Ни с чем. В такой стране опасно — чуть согласишься — сразу же туда. Куда туда, когда ГУЛАГ не в моде? — мне шепчет подсознание мое. Туда, куда не ведают в народе. Куда не долетает «ё-моё». То «ё-моё», что многих развернуло, вернуло в строй, швырнуло в целину. Кто вспомнит, что за «ём» чернело дуло? — Никто, и мы теперь у зла в плену.

Сегодня перекрыли два проспекта. Мы их не накрывали кумачом. К нам в белых фартуках приходит сучья секта, а мы, как оказалось ни при чем.

За что же так? Ведь мы не соглашались? За что нам не доехать и до дач? Куда какого чорта вы прижались? К обочине? Так сколько передач в машине вашей, хоть на Порываевой, хоть на Академической? Отож? Давай, столица, время поджимает. Давай, столица, мненья подытожь!

Какого лешего за нас все эти бляди (надевши белы фартуки) пойдут? Пройдут рядком, как бы на гей-параде, ну а потом полтинник отожмут.

Или лимон, Или четыре с лишним. Или пяток (тут заиграет гимн) — ну а кого в сердцах сдадут с поличным — тех мы и сами с радостью сдадим.

Я тщательно слежу за каждым маршем. Я сам не голосую никогда.
И так умру, навек за все пропащим.
И в общем, это тоже ерунда.