Герои былых времён и память потомков
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Вспомнилось, как лет пять назад виконту Алексею Артёмовичу довелось посмотреть фильм «Оптимистическая трагедия» по пьесе Вишневского.
Можно сказать, что это было довольно чудное увлечение для современного пятнадцатилетнего парня, смотреть доисторические советские фильмы про Революцию и Гражданскую войну, но — вот так.
Лёшка всегда интересовался историей кинематографа, считал это важным для своего бложика, а тогда — запал на как раз такую «архаичную» продукцию. Посмотрел с моей подачи «Служили два товарища», который я считаю шедевральным — ну и, по инерции, заценил ещё несколько подобных кинцов, того же периода о том же периоде, пусть не столь шедевральных, но небезынтересных.
Вообще, в шестидесятые бывали довольно неглупые «политические» фильмы. Пусть с понятной идейной платформой (да попробовали бы ей изменить!), но — всё же довольно такие «полифоничные», неоднозначные.
Честно, и самая ранняя советская литература про «красных героев», писанная непосредственными участниками — её тоже можно назвать… неоднозначной.
По крайней мере, она была очень откровенной, неотретушированной. «Разгром» Фадеева, «Железный поток» Серафимовича, да и «Тихий Дон» Шолохова, не говоря уж про бабелевскую «Конармию».
Нет, авторы-то — были убеждённые большевики (в отличие, скажем, от какого-нибудь Валентина Катаева, которому просто не хватило места на теплоход из Севастополя, а потому и пришлось строчить увражи про детишек, помогавших революции), но при этом — честные ребята. И их творчество — та ещё жесть.
«Оптимистическая трагедия» Вишневского — в общем-то, того же сорта.
В тридцатые это была культовая пьеса, а в шестидесятые решили по ней фильм снять.
И там, конечно, в лоб не говорится, мол, «всё было не так однозначно», но в шестидесятые уже просто немножко смещался фокус восприятия тех событий. Уже не только «триумф Революции и рождение Нового Мира», а ещё и - «всенародная трагедия, где ломались судьбы».
То есть, можно сказать, акцент немножко сместился от «оптимистичности» - к «трагичности».
Лёшка тогда поделился впечатлением: «Вот там время от времени появляется парочка «рассказчиков», наподобие греческого хора, и обращаются к потомкам. Мол, вы наблюдаете за нами — так зацените, через что нам довелось пройти, какие суровые были наши испытания, какие огневые были наши годы».
«И тут, - признаётся Лёшка, - мне сделалось немножко неловко. Что им ответить? «Парни, так-то я всё больше за белых болею»? Обидно, поди, было бы, матросикам. Хотя, если честно, и белые — тоже те ещё упыри бывали».
Развивает мысль: «Если совсем честно, я вообще хуй знаю, кому бы тогда было лучше победить. В России победили коммунисты — устроили красный лютый пиздец. В Испании победили антикоммунисты — устроили чёрный лютый пиздец. Хорошо хоть, пацифисты нигде не побеждали. Эти бы — точно устроили такой пиздец, что вообще ебучий «Эквилибриум» на всю голову, во имя мира и добра».
Я поймал себя тогда на мысли, что лет десять назад — поставил бы ему на вид злоупотребление обсценизмами.
Но в пять лет Лёшка ещё не изрекал таких глубоких исторических мыслей.
А в пятнадцать — изрекал.
И если счёл, что им подобают выражения покрепче — значит, авторский выбор.
Лёшка подытоживает: «Наверное, только и осталось бы сказать, что, типа, спасибо за игру, было очень интересно понаблюдать — и хорошо, что на расстоянии. Хотя временами — вы, ребят, могли бы вогнать в краску Оскара Дирлевангера».
Вообще же, когда какой-то вояка всерьёз надеется, что потомки будут чтить его бессмертный подвиг — это очень наивно.
Да потомкам, уже через век — будет в принципе похер, за что там «одни троглодиты рвали глотки другим троглодитам».
Причём, чем лучше те потомки будут знать историю — тем меньше будут уверены в том, кому там «следовало» победить в той или иной разборке.
Вот Жанне д’Арк, великой воительнице и почётной святой — французы действительно должны быть благодарны?
А может, она своей пейзанской маниакальностью лишь отсрочила союз Англии и Франции, который, если б состоялся тогда, в пятндацатом веке — глядишь, позволил бы избежать многих неприятностей.
Что уж говорить о фигурах менее «эпических».
Да по хорошему счёту, подавляющее большинство войнушек в истории воспринимается потомками как: «Да хрен их знает, чего они там перегрызлись — и похер, кто победил!»
Хотя кто-то, конечно, глубокомысленно заметит, что любая война — движитель научно-технического прогресса, поэтому — всем спасибо за участие.
Серьёзно, можно по пальцам пересчитать те великие битвы, которые принято считать «судьбоносными» - да и то лишь благодаря въевшемуся «пиару».
Да, спартанцы Леонида при Фермопилах — были, конечно, красавчики.
Но они очень мало повлияли на ход войны в целом.
Саламин и Платеи — да, повлияли.
А Фермопилы — пусть героический, но малозначительный эпизод.
С другой стороны, и случись тогда персам покорить всю Грецию — вовсе не факт, что их правление оказалось бы каким-то кромешным ужасом тирании и мракобесия.
Во всяком случае, для эллинских городов в Малой Азии — как-то вот не оказалось.
Персы тогда вообще были невредные ребята и довольно цивилизованные — не то, что сейчас.
Да и по-любому, вскорости спустились с гор македонцы — и они-то уж покорили всю Грецию, а потом и Персию.
И это считается как бы «важными историческими вехами», битвы греков с Дарием и Ксерксом да поход Александра, но вот гораздо более продолжительные и кровавые Пелопонесские войны между Афинами и Спартой или войны Диадохов, наследников Александра после его смерти — это уж точно проходит по разряду: «Да хрен их знает, чего они там перегрызлись — и похер, кто победил!»
Поэтому, опоясываясь мечом, разумный муж должен понимать, что скорее всего его нынешняя война — будет проходить в памяти потомков именно по этому разряду. Ну, просто статистическая вероятность гораздо выше.
Но не такова, конечно, Вторая Мировая война, ведь там-то уж точно Силы Добра сплотились в битве с Абсолютным Злом и спасли Всё Человечество?
Знаете, больше всего мне нравится, когда про героев Второй Мировой (разумеется, на «правильной» стороне) говорят с этаким придыханием: «Если б не они, то и нас бы сейчас не было».
И вот смотришь на это существо — и думаешь: «Оно это всерьёз? Оно реально считает такой охуенной трагедией, что его бы не было? Вот прямо мир перевернётся?»
Ну, не было бы — и не было.
Что-то другое было бы.
Возможно, был бы на его месте какой-нибудь Гансик, который бы учил в школе, что его дедушки, «неся культуру в эти дикие земли», порой вели себя не очень хорошо с аборигенами, но — время было такое.
Реально, это в моих глазах — своего рода «лакмус» имбецильности, когда, неуклюже пытаясь воздать почести дедовским подвигам, кто-то начинает блеять: «Если б не их жертва — то не было бы целого МЕНЯ».
И, помню, мой дедуля, который прошёл от Сталинграда до Бреслау, и которого я застал в уже более-менее сознательном пионерском возрасте, очень потешался, когда слышал на Девятое Мая по ящику от какой-нибудь дикторши что-то вроде: «Они жертвовали собой, чтобы мы могли жить».
Говорил: «О да! Вот сидим мы в окопах — и одна только мысль. Что наша-то жизнь — полушка, известное дело. И косточки в землю сложить — всё равно как кальциевое удобрение бросить. Вот только б такая незабудка распрекрасная из них проросла — и ничего больше не надо».
Дедуля — он был довольно саркастический персонаж, даже - «каустический».
Понятно, что дикторша считала это комплиментом, что ради неё предки жизнью жертвовали — но, если вдуматься, это ж действительно оскорбление.
Однажды я набрался духу и спросил Дедулю: «А за что ты всё-таки воевал?»
Набрался духу — поскольку вопрос всё-таки мог показаться «некорректным».
То есть, сколько-нибудь официальным лицам, работающим с молодёжью — он обязан был показаться «кощунственным».
На этом месте — у официального педагогического лица обязано было заклокотать что-то праведное в горле и челюсть должна была затрястись, как у кота при виде птички прямо за стеклом.
Но Дедуля, конечно, был другого теста — и не обиделся.
Только закурил задумчиво и сказал: «Знаешь, Тём, что сейчас говорят про те времена, про Сталина, про репрессии — это всё и тогда было понятно. Что государство — говно то ещё. Но немцы? У них — то же говно, только ещё и «упорядоченное». Тевтонский орднунг — против нашего спасительного русского раздолбайства. Да и вообще, уж слишком они задавались со своим арийским высокомерием, уж слишком кичились своей непобедимостью — так и хотелось щёлкнуть по носу. Чем не причина для драки?»
Пожалуй, да.
Это — действительно уважительная причина.
Немного перефразируя Пушкина, «Ты можешь обругивать свою жену с головы до ног, но когда подходит незнакомец, начинает её пиздить и заявляет, что он теперь будет твоей женой — тебе приходится съездить с ним на Чёрную речку».
Вообще же, умный человек, ввязываясь в драку — должен понимать, что делает это не ради кого-то. Уж тем более — не ради каких-то там далёких потомков, которых он знать не знает.
Нет, умный и честный человек понимает: что бы он ни делал — он делает это ради СЕБЯ.
Ради своего комфорта.
Просто потому, что если НЕ сделает этого — испытает более сильный дискомфорт, чем от пули, ожога, whatever.
И даже когда рискуешь, даже когда жертвуешь жизнью — ну, тоже должен понимать, что делаешь это для СЕБЯ, что это ТВОЙ выбор, что иначе — тебе будет некомфортно.
И при этом — всегда быть готовым к тому, чтобы, лет через двести заглянув на землю, услышать от «благодарных» потомков про свой бессмертный подвиг: «И чего они жопу рвали? Делать, по ходу, нехер было».
Это — нормально. Как и разные точки зрения на то, кому бы «лучше было победить» в той или иной заварушке.
|
</> |