Европа

watermelon83 — 17.08.2021 - в сентябре 1939 г. Французская карта, ВМВ.


Как и всегда - кликабельно.



Если вы думаете, что качество карты - не очень, то значит не видели оригинала, гуляющего по сети. Сфотографированная кем-то в музее, она выглядела не слишком хорошо даже по моим непритязательным меркам любителя сатирических карт. К счастью, наука не стоит на месте и при помощи некоторых программ эту карту удалось привести в более-менее пристойный вид.

Я, конечно, не жду от вас благодарности и всего такого, нет. Где уж там! Все вы проклятая банда симулянтов - с нетерпением ждете "пятничных баб" и прочий ширпотреб, а на исторические материалы плевать хотели. С этим все понятно и никаких иллюзий быть не может.

Обратимся к карте - думаю не стоит напоминать о военно-политической ситуации в первый месяц ВМВ, она достаточно известна. Определенный интерес вызывает вопрос - рисовалась ли она уже после того, как СССР воткнул свой штык Польше в белорусско-украинскую попу, или все-таки до? Судя по каплям крови на серпе, воссоединение братских народов Узбекистана и Белоруссии уже началось.

Отдельная благодарность художнику за точное изображение среднероссийского пейзажа - получилось замечательно. Об остальном - нужно ли говорить? Немецкая каска французу не удалась, если только он не хотел изобразить десантника-парашютиста, что маловероятно. Удивительным образом упущены все возможности с Италией - очевидно, ради политеса. Фашистская кошечка тянется лапками к французским Альпам, а сама глядит на Балканы, но в общем мстительного дуче постарались не злить - кошечку всегда можно переиначить, как "партию войны" в партии фашистов, а вот дуче поди исправь - второго такого нет.

Кстати, об Италии. Колебания Муссолини в 1939-40 гг. тема и сама по себе весьма интересная, но сейчас хочется сказать о другом, об обратном примере, когда фашисты проявили настоящий итальянский характер и повели себя принципиально, -


Недовольство Муссолини «особыми отношениями» между Берлином и Москвой проявилось после начала советско-финской войны: по распоряжению дуче печать развернула пропагандистскую кампанию против СССР, а итальянские вооруженные силы передали финнам три десятка самолетов и сотню тысяч винтовок. Около пяти тысяч итальянцев объявили о желании отправиться в Финляндию для участия в войне против «красных», но фактически до окончания войны на фронт успело прибыть не больше сотни добровольцев.

На столь недружественное поведение Италии Москва ответила статьей в «Правде», живописующей «преступления чернорубашечников» в самых черных красках. Но не меньшее недовольство проявили и в Берлине. После настоятельных просьб немцев не задевать Сталина Муссолини все же свернул пропагандистскую кампанию, однако демонстрировать Гитлеру свое недовольство не перестал: в декабре Чиано произнес в палате речь, наполненную упреками в отношении всех стран, участвующих в разворачивающейся борьбе. Англию и Францию обвинили в срыве итальянского посредничества в последние дни накануне войны, а Германию - в нарушении буквы и духа Антикоминтерновского пакта. Отношения между двумя режимами опустились до нижайшей точки.

В январе 1940 года Муссолини отправил Гитлеру личное послание, в котором, повторяя уже сказанное Чиано, открыто упрекал нацистов в отходе от собственных принципов и «противоестественном» союзе с коммунистами. «Понимаю Ваше стремление избежать войны на два фронта, особенно после того, как не оправдалось предсказание Риббентропа о невмешательстве Великобритании и Франции, - писал Муссолини, - но чтобы избежать его, Вам пришлось заплатить дорогую цену, позволив России без единого выстрела извлечь наибольшую выгоду при разделе Польши и захватить балтийские страны». Муссолини предупреждал, что дальнейшее сближение немцев с коммунистами «будет иметь катастрофические последствия для Италии, в которой единство антибольшевистских настроений является абсолютным и несокрушимым». Фактически, дуче прямо угрожал фюреру развалом Оси. В то же время Чиано по распоряжению Муссолини неофициально предупредил бельгийцев и голландцев о неизбежности германского вторжения.

В феврале в Европу прибыл Самнер Уэллс, помощник государственного секретаря США, попытавшийся найти основу для начала переговоров между западными союзниками и немцами. Муссолини, принявший в Риме американского визитера, сказал ему, что без изменения целей Лондона и Парижа в текущей войне никакое мирное соглашение невозможно: желание союзников восстановить Польшу и Чехословакию в прежних границах, а также вернуть австрийцам независимость осуществимо только после полного военного разгрома Германии.

В начале марта дуче получил изрядно запоздавший ответ Гитлера на свое послание: сталинский Союз, как всегда очень вежливо писал фюрер, в значительной степени отошел от «еврейского интернационализма» прежних лет, а потому не может считаться идеологическим противником фашизма и национал-социализма в той же мере, что и безусловно враждебные западные демократии. Утверждая это, фюрер был не слишком искренен со своим итальянским другом, однако он не сомневался, что в конечном счете Италия все равно вступит в войну на стороне рейха – о чем он прямо заявил в своем письме к Муссолини.

Гитлер не ошибся, но характерно, что дуче, которого обычно принято упрекать в беспринципном оппортунизме, на деле частенько обращался к "идеологическим" или даже "моральным" категориям. Конечно, итальянская аннексия Албании и советское вторжение в Финляндию - это две больших разницы, но очевидно, что в глазах Муссолини выгоды соглашения с СССР не слишком перевешивали опасности усиления "большевистского монстра". Иначе говоря, в Риме были весьма далеки от готовности - продемонстрированной практически всеми участниками ВМВ - ради практической пользы пойти на "союз с дьяволом".

Если все вышесказанное не прибавило вам хоть сколько-нибудь любви к фашистской Италии и лично Бенито Алессандровичу, то у вас нет сердца, ужасный вы человек.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив