Эджбастон. Часть 2

pailish — 28.04.2024 Северная часть Эджбастона, где мы живем, жилой район, застроенный преимущественно краснокирпичными викторианскими домами. Район спланирован так, чтобы все дороги вели к приходской церкви Св. Августина, которую построили как бы на острове. Заказал и оплатил строительство церкви Джозеф Джиллот, богатый производитель ручек, владелец этой земли.  



Фото из интернета


От нас главный ориентир северной части района тоже виден хорошо.





Церковь Святого Августина Иппонийского англиканская, она построена в 1886 году в готическом стиле 13 века.  


Как и в церкви Св. Варфоломея, здесь так же пустынно и тихо.



Можно так же любоваться прекрасными витражами, и не только любоваться, но и фотографировать и изучать и находить разницу между витражами бирмингемской фирмы Hardman и лондонской Heaton, Butler & Bayne.

Это Hardman



А это Heaton, Butler & Bayne.



Северная часть Эджбастона находится на территории, так называемого, Роттон-парка (Rotton Park). Первоначальное название этого района англосаксонское и происходит от слов rot tun, что означает "веселая ферма", хотя местонахождение этого поселения неизвестно, видимо, коноплю выращивали для веселья, потому и не светились.
Роттон-парк получил свое название от средневекового оленьего парка семьи де Бирмингем (семья де Бирмингем четыреста лет владела поместьем Бирмингем, превратив его из деревушки в процветающий торговый город).
Оленьи парки существовали еще во времена англосаксов, но они стали популярными после норманнского завоевания благодаря тому, что из Сицилии завезли ланей, которые были более управляемыми, чем местные благородные олени. К 1200 году оленьи парки были у каждого богатого землевладельца.



Средневековый Олений парк.
 
Для создания Оленьего парка требовалась королевская лицензия (licence to empark). Кроме того обустройство парка было делом затратным и по трудоемкости и материально: рытье канав и строительство насыпей, увенчанных частоколом или колючей живой изгородью, иногда внутри парка устраивались огороженные отсеки, чтобы олени не съели новые плантации и поросшие леса и т.д. Парки было дорого создавать и содержать. Из-за своей стоимости и эксклюзивности оленьи парки стали символами статуса. Почти все олени содержались в эксклюзивных заповедниках, причем, не существовало законного рынка оленины без установленного происхождения, поэтому возможность есть оленину или давать ее другим также была символом статуса.
Де Бермингемы потеряли поместье в 1553 году и владения, в том числе большая часть Роттон-парка были огорожены. Эти земли были разделены на более мелкие участки, огороженные живой изгородью. В Роттон-парке их было около ста пятидесяти, максимальная площадь составляла около пяти гектаров.
Во время промышленного бума здесь начали строить дома для среднего класса. Постройка домов датируется между 1870-ыми годами и 1900-ми годами. Дома строились из красного кирпича преимущественно в раннем английском стиле и стиле королевы Анны, иногда с готическими элементами и наделялись довольно большими участками, на которых еще сохранилась растительность Оленьего парка.



Фото из интернета.

Когда-то здесь трубили в рог и охотились на оленей.



Тип жилья здесь разнообразный, но основные элементы - красный кирпич, эркер и остроконечная крыша чердачного помещения присутствуют у большинства домов.



Дом на Lyttelton Road.
 
Наверное, в каждом более или менее старом районе города жил какой-нибудь чудак. Жил такой и в нашей округе. Звали его Джон Перрот. Перрот купил последние остатки Оленьего парка с холмом недалеко от пересечения нынешних улиц Джиллотт-роуд и Роттон-Парк-роуд и построил там 30-метровую башню, которую в народе прозвали Perrott's Folly (Безумие Перрота). В детстве писатель Джон Толкин жил неподалеку, и "Безумие Перрота" послужило вдохновением для создания башни Ортанк во второй книге "Властелин колец" (тут).
После смерти Перрота в 1766 году его внук продал поместье. Оставшийся парк к 1852 году был распродан различными лотами. Один из них достался Джозефу Джиллотту
 


Часть улиц вокруг церкви Св. Августина находится в охраняемой зоне, которая называется St Augustine Edgbaston Conservation Area. В этой зоне все дома должны сохраняться в первозданном виде, а новые дома должны быть краснокирпичными и, как написано в правилах, "интегрироваться с исторической средой и отражать характер, форму и совокупность окружающих домов, одновременно четко различая старое и новое".
Например, сейчас в интернете выложен проект дома, который планируется построить недалеко от церкви (место отмечено красным). Фото из интернета.



Разработчики предлагают такой проект. Он пока находится на стадии обсуждения.



Восточная часть района развивалась как район рабочего класса. Дома здесь попроще, но все ухожено и симпатично.





Одни из самых дорогих и престижных домов не только Эджбастона, но и Бирмингема, находятся в зеленом поместье Калторп (Calthorpe Estate Conservation area).
Вот, например, выставлена на продажу вилла стоимостью £1,650,000. Вилла внесена в список памятников архитектуры II степени. Она была построена примерно в 1850 году и спланирована известным архитектором Дж. А. Чатвином, который участвовал в строительстве и реконструкции многих церквей в Бирмингеме и зданий парламента в Лондоне.



Фото из интернета.

Чтобы разобраться, почему именно здесь так престижно селиться, нужно начать с истории.
После нормандского завоевания Уильям ФитцАнскульф был первым зарегистрированным владельцем Эджбастона.
Во времена короля Эдуарда им владели два англосаксонских арендатора Аски и Альфви. Последующие лорды взяли название поместья в качестве своей фамилии: Генри де Эджбастон был записан, как владелец Эджбастона, в 1284 году.
Приблизительно в 1393 году дочь Эджбастонов, Элиза, вышла замуж Томаса Миддлмора, который был записан, как "гражданин Лондона", хотя его семья владела землями неподалеку от Бирмингема. Земли находились в собственности Миддлморов на протяжении трехсот лет. Однако во время Гражданской войны Ричард Миддлмор был не только роялистом, но и католиком. Поместье было конфисковано в 1644 году и передано парламенту. Когда Ричард умер в 1647 году, его сын Роберт подал прошение о возвращении поместья. В 1651 году его трехлетний сын Ричард был помещен под опеку сэра Эдварда Николса из Факстона, Нортгемптоншир, и воспитывался как протестант. Роберту вернули поместье в 1670-х годах.
Его дочь Мэри вышла замуж за сэра Джона Гейджа, и после ее смерти в 1686 году поместье перешло к двум ее дочерям.
Эти дочери в 1717 году продали поместье в Эджбастоне вместе с титулом сэру Ричарду Гофу, младшему брату Генри Гофа из Перри-Холла.
Затем поместье унаследовал его сын, сэр Генри, который получил титул баронета в 1728 году.
Поместье унаследовал его сын, также Генри, и в 1796 году он получил титул барона Калторп.
Дальше поместье переходило в семье Калторп вместе с титулами, пока не дошло в 1910 году до Августа, Шестого лорда Калторпа.



Шестой барон Калторп передал городу право собственности на парк Калторп, который создал его отец. Он был очень заинтересован в развитии нового Бирмингемского университета, и вместе с сыном в 1900 году они подарили 27½ акров земли стоимостью 20 000 фунтов стерлингов под университетские здания, а в 1907 году он подарил еще один участок, непосредственно примыкающий к нему, — почти 20 акров земли оценочной стоимостью 15 000 фунтов стерлингов под частную площадку для отдыха для студентов.
Дальше Эджбастон перешел к старшей дочери Августа, Рэйчел, которая вышла замуж за Фицроя Гамильтона Ллойда-Анструтера, который по королевской лицензии изменил свое имя на Фицрой Гамильтон Анструтер-Гоф-Калторп, 1-й баронет Анструтер-Гоф-Калторп из Элветэм-холла, Хэмпшир.
Нынешний хозяин поместья - внук Рэйчел, сэр Юэн, третий баронет Анструтер-Гоф-Калторп... уфф, чуть голову не сломала.

Ухоженности района мы обязаны Джорджу, 3-ему лорду Калторпу, который в конце 18-ого века начал превращать поместье в просторный, усаженный деревьями качественный район, которым он является до сих пор. Эджбастон быстро стал домом богатых и знаменитых людей Бирмингема. Здесь жили и живут миллионеры, мэры, известные писатели и художники, футболисты и прочая городская элита.
Калторп увидел, что в Бирмингеме есть большое количество богатых предпринимателей, которые будут рады возможности купить качественный дом в полусельской местности среди людей своего класса. Развитие началось ближе всего к городу в Five Ways и продолжилось за его пределами. Качество поместья поддерживалось не за счет продажи участков в собственность, а аренды крупных участков со строгими условиями относительно стиля строящегося жилья. На землях Калторпов не было никакой промышленности, ни даже магазинов. Вообще все хозяева земли в Эджбастоне не допускали строительство никаких промышленных объектов. Даже прорыть часть канала через территорию Эджбастона, Калторпы позволили только после долгих уговоров и клятвенных заверений (естественно, на бумаге), что берега канала никаким образом использоваться не будут.



Дом № 21 на Ятли-роуд был спроектирован архитектором течения "Искусства и ремесла" Гербертом Тюдором Баклендом как собственный дом. На участке сохранился сад, разбитый Гертрудой Джекилл. Попасть туда можно, но только по предварительной записи.

Вернемся к вопросу, почему же богатые и знамениты стремятся поселиться на земле, принадлежащей Калторпам? А потому, что чистота, порядок и превосходное обслуживание достигается наличием строгих правил, соблюдать которые обязуются все жители этого сообщества.
Руководство запрещает жителям вывешивать белье по воскресеньям, строго запрещает использование искусственной травы и требует, чтобы сады были очищены от сорняков на участке площадью 640 гектаров, который простирается через Эджбастон до Харборна и Квинтона.
Держать собак и кошек разрешается, но не разрешается держать домашнюю птицу. В последние годы сделано послабление и разрешается иметь в хозяйстве "пару цыплят"
Владельцам рекомендуется "быть хорошими соседями и выставлять мусорные баки на улицу только вечером или утром перед тем, как их нужно будет вывезти". После сбора необходимо "переместить мусорные баки в место их хранения в задней или боковой части объекта, где они не будут видны публике". В инструкции говорится: "Если вас нет рядом, вы можете попросить соседа или друга переместить за вас мусорные баки".
Еще одно требование касается спутниковой антенны, солнечных батарей и зарядной станции для электромобилей.
"Любой, кто желает установить спутниковую антенну, должен подать заявку в Управление, которое предоставит рекомендации относительно разрешенных мест".
То же правило действует и для установки солнечных панелей: требуется согласие, которое не выдадут, если недвижимость внесена в специальный список или владелец желает установить ее на "выдающемся возвышении, которое видно с дороги".
Согласие также требуется для точек зарядки электромобилей, и, если оно будет получено, эти точки должны быть "скрыты от дороги".



Конечно, здесь живут не только богатые и знаменитые, но албанских торговцев наркотиками в соседях тут точно не будет.

Парковки действительны только для жителей и их гостей.
Изгороди, перила, стены или заборы должны быть только такими, какими были изначально и только определенного цвета. Размеры сараев, навесов и прочих хоз.построек регламентируются.
В инструкции на 32 листах много чего еще прописано плюс отдельно берется ежегодная плата за обслуживание.
У нас, к счастью, не такие строгие правила, и мусорные баки прятать не требуют, а Университет, Ботанический сад, госпиталь королевы Елизаветы, поле для крикета и Крикетный клуб, водохранилище, участок канала Гарден-рич, сады и парки доступны для всех жителей.



Эджбастонское водохранилище первоначально было небольшим водоемом в Роттон-парке. Шотландский инженер Томас Телфорд в период с 1824 по 1829 год значительно расширил и углубил водоем в качестве резервуара для Бирмингемского канала. Именно это водохранилище и пересекал по канату Великий Блонден.
Летом здесь всегда полно народу. Здесь занимаются рыбалкой, парусным спортом, греблей, виндсерфингом.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив