Американский врач о выгорании на коронавирусе

топ 100 блогов valkiriarf17.05.2020Коронавирус Евгений Пинелис.
Я собирался написать длинный нудный пост про то, что все-таки называется доказательством эффективности лекарства. Ну хотя бы потому, что слишком много путанницы особенно во время этой эпидемии, но решил отложить и написать о чем-то куда более важном.
Американский врач о выгорании на коронавирусе


Все равно мой пост не изменит ничего в неизбежном: "Моя тетя приняла галавит и вирус так и не спустился из носа в бронхи". Про доказательную медицину я обязательно напишу, так как это весело. Сейчас скорее о грустном. Ну или тревожном.

По математическим моделям пик использования госпитальных ресурсов в НЙ прошел восьмого апреля, но на мой взгляд на пик мы вышли 29-го марта, а после было плато. Хотя бы в нашей больнице. Я не веду общую статистику и возможно ошибаюсь, но 29-е марта мы назвали кровавое воскресенье. Наш стандартный план работы выходного дня - два интенсивиста и команда из феллоу и резидентов. Один интенсивист после обхода и выполнения планов по пациентам на день уходит, а второй остается до ночи. На следующий день меняемся. В это воскресенье все было наперекосяк. Началось все с того, что мой коллега, с которым мы сидим в полутора метрах друг от друга в офисе получил подтверждение своего диагноза коронавируса, полностью разрушив мой план чистой зоны в офисе. Его естественно новости тоже выбили из колеи, хотя симптомов и не было. Но все равно, день начался неудачно. Пациентов у нас в тот момент было тридцать два, только один без коронавирусной пневмонии. Бедный торчок, который подхватил где-то экзотический в те дни грипп и чем-то передозировался. Его сняли с ИВЛ в субботу, а в воскресенье он очень нервничал. Неудивительно, вокруг ходили люди в противочумных костюмах, появились первые полнолицевые респираторы у персонала. Мир с его последней дозы странным образом изменился. За время обхода, который длился вечно, случилось несколько вызовов команды быстрого реагирования из-за ухудшающихся в неинтенсивных отделениях пациентов. Два из них закончилась остановками сердца. У команды анестезиологов закончились СИЗ, как собственно почти везде в больнице. К восьми вечера произошло семь остановок сердца, наша команда и команда анестезиологов на двоих провели больше десятка интубаций, количество пациентов требующих ИВЛ выросло до 40.

Все это время вместе со мной работала феллоу первого года. Обычно веселая, обожающая учиться и учить, энтузиаст в лучшем смысле этого слова, она передвигалась, как робот, интубировала, делала центральные линии, заполняла документацию и шла к следующему пациенту. Мне кажется она ни разу за день не сняла респиратор. Ее смена заканчивалась в восемь вечера, пришел дежурный в эту ночь феллоу. Мы сели в нашей небольшой комнатке, чтобы попытаться хоть как-то определить, что еще остается сделать, сколько у нас вообще пациентов и где они все находятся. Она сняла респиратор и пластиковые очки и сидела в изнемождении сползая с кресла. Все эти вмятины от маски и слезы. Мы закончили с пересменком в девять вечера, и она наконец смогла пойти домой, чтобы вернуться в семь утра в больницу. Мне оставалось еще несколько часов работы, а на следующий день я должен был вернуться в четыре часа дня. По дороге домой в грязном и заполненном усталыми и недобрыми на вид людьми поезде, который я ждал минут двадцать, я написал, наверное, самый мрачный текст, начиная со времен школьных прописей. После этого текста я получил сообщение от Стивена, психолога, который работал с пост-травматическим стрессом. текст ему перевела русская жена. Стивен с коллегами организовали группу и предлагали свои услуги медработникам, которые неожиданно оказались в ситуации, когда на фоне страха за свое здоровье, здоровье близких, они видели еще и огромное количество горя на работе, где все их усилия часто не приводили к спасению пациента.

К умирающим пациентам невозможно привыкнуть. Можно покрыться десятью слоями носорожьей кожи, но все равно внутри будет что-то разрываться. Когда я был еще интерном в нашей интенсивной терапии иногда дежурили феллоу-интенсивисты из университета Хопкинса. Для нас в небольшой больнице на окраине города они казались какими-то богами от медицины. Одной ночью в отделении произошла остановка сердца у пожилой женщины. После тридцати минут реанимации сердце забилось, мы перевели пациентку в реанимацию. У нее были все признаки аноксического повреждения мозга, шок, недостаточности внутренних органов. Ее дочь приехала в больницу. Растерянная растрепанная плачущая женщина. Двухметровый умнейший феллоу из Хопкинса Патрик сел рядом с ней, взял ее за руки, начал объяснять, что прогноз ужасный, шансов на восстановление почти нет и если сердце остановится опять, то лучше дать маме спокойно уйти. Где-то в середине этой тирады он начал плакать вместе с дочерью пациентки. Во время эпидемии мы столкнулись с немыслимым количеством таких ситуаций и все, что мы могли предложить - телефонные разговоры, иногда фэйстайм.

Я тогда отказался от помощи Стивена для себя, но предлагал ее всем феллоу и резидентам. Некоторые взяли у меня его номер, но я не знаю, позвонили ли. Психологическую помощь нельзя навязывать, ее надо захотеть самому. Неожиданно мне предложили записать подкаст-консультацию с психологом, и я провел два часа, общаясь с замечательной Emma Agasaryan. Мы обсуждали профессиональное выгорание, мой безумный уровень тревоги по любому поводу, который вышел во время эпидемии на внеземную орбиту. Я получил несколько полезных практических советов, которые учусь применять, но даже просто после этого разговора мне стало намного легче.

Недавно я узнал, что вид помощи, которую предлагал Стивен, есть и для российских врачей.https://takecareofdocs.ru/psy?fbclid=IwAR26QeYclALnBGEy3l8lcVZPntWkgVjXSW2YBVwf224b2pTEYHiFmolNJnw Эта помощь организована психологами, предоставляющими видео консультации. Естественно, это анонимно. С организатором группы Людмила Голубкова работал мой однокурсник. В общем, я очень рекомендую попробовать. Я не призываю плакать и умирать с каждым пациентом, хотя в слезах нет ничего страшного, но вот наращивать носорожью кожу и терять эмпатию врачу точно нельзя. Это для врачей, но в атмосфере постоянного страха и неуверенности, людям, не связанным с медициной, это тоже не помешает.
https://www.facebook.com/1740079157/posts/10207565901262531/



Оставить комментарий



Архив записей в блогах:
Нечего тут! холст, акрил Сегодня ни где не был, ничего не видел, рассказать нечего. Картину только вот нарисовал и ...
Посёлок городского типа Нарита, что-то типа нашего Домодедово или Быково. На мой ...
Ровно год этому видео, Киев. Потом, к сожалению, началась война. И вопреки некоторым, война гражданская, хоть и не без участия других лиц. Почитайте мои репортажи с Востока Украины как раз того времени: Две Украины, взгляд изнутри и Крымская ловушка ...
Переписывалась с девушкой в личке, с ее разрешения выношу сюда: «Мы 10 лет вместе. У нас было уже все, что только можно. Секс с мужем нравится, он знает, как и что я люблю. Но новый человек – это другое совсем. Я вот реально не понимаю, как 10 лет можно трахаться с одним и тем же, ...
Вам ничего это не напоминает?) ПОДСКАЗКА ...