......

gallago — 29.09.2023 Министр Пропаганды о Достоевском и русской душе:

...Прекрасное воскресенье. Я покачиваюсь в лодке на зеркальных водах Боденского озера и читаю «Идиота» Достоевского.

Князь Мышкин — неудержимый, не поддающийся учёту человек, «идиот». Но он — русский, и в этом его собственная великая драма.

Христианство — это религия не для многих, тем более не для всех. Лелеемая и воплощаемая немногими она — изысканный цветок, могущий расшевелить культурную душу.

Горячая, порывистая, внезапная, безмерно гнетущая, ждущая, надеющаяся, бесконечно злая и бесконечно добрая, исполненная глубочайших страстей, благосклонная и нежная, фанатичная во лжи, равно как и в правде, к тому же обильная бездонностью, весельем, юмором, болью и тоской: такова душа славянина; душа русского.

Достоевский несётся от страсти к страсти, от проблемы к проблеме, от бездны к бездне. Пылкая боль и пылкое наслаждение. Люди в искажённых формах, противоестественность и порода, порочность, пучина и гениальность, безумие и идиотия; ясность рассудка и подобная солнцу чистота способна искажаться вплоть до болезненной смехотворности. Таково его произведение.

Великая расовая душа в судороге рождения или смерти. Он способен будто бы стоять у койки больного. Способен чуять воздух нависающей беды.

Достоевский опередил своё время на несколько рискованных шагов вперёд. За ним следуют смятённо, боязливо, без веры; но следуют. Он не выпускает — остаётся следовать.

Здесь мы находим всё: натурализм, экспрессионизм, идеализм, скептицизм, и выводим из них все прочие «-измы». И, тем не менее, не приходится говорить о чём-то его собственном. Достоевский знает это только по названиям.

Он пишет так, как он видит, так, как выжигает в мозгу и в душе его демон, его дьявол. Он пишет, поскольку только это давало возможность являться кем-либо в девятнадцатом столетии. Политическое всё ещё оставалось в зародыше. Он пишет, потому что любовь к России, ненависть к врагу, к западу, выжигает ему душу.

Можно просто принять его за уникума. Он приходит из ниоткуда и следует в никуда. И при этом он стабильно русский.

Его романы — грандиозные баллады. То, что остаётся в стороне, смешно, малозначимо, несущественно, подчас пусто. Всё можно найти между строк.

Наконец, он позволяет догадаться и осязать то, что ему хотелось сказать.

Блёстка, хлам и мишура, форма и символ, из-под которых вырывается народная душа...

Громадной проблемой Европы является старая и новая Россия. Россия — это прошлое, быть может, будущее, но никак не настоящее. Так как российское настоящее — это всегда мыльная пена, скрывающая сильный яд.

На русской земле зарождается раскрытие её великой загадочности. Это чреватый будущностью дух Достоевского, носящийся в воздухе, над покойной, сонной землёй. Когда Россия пробудится, мир станет свидетелем национального чуда.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив