Зверство

Вот, кажется, все уже видели, что может сотворить двуногий зверь. Нет ничего нового, все уже было прежде.
Убийство, детоубийство, расчленение, терроризм - это постоянно происходило где-то рядом.
Мать убивает собственных детей, выбрасывая их из окна - было?
Убили десятки, больше сотни детей во время террористического акта - было?
Убийство с расчленением - было?
Демонстративно, на камеру, отрезают головы - было?
Но все эти ужасные преступления совершались по отдельности и я не помню, чтобы все они сходились в одной точке, как в случае на "Октябрьском поле". Ведь, по сути, это и убийство ребенка, и демонстративное расчленение и доведенный до завершения террористический акт - все в одном. Таким образом, это то, чего мы никогда не видели, и это, на самом деле новое. Потому никто и не может остаться в стороне.
Этот случай следует считать необычным еще и потому, что справедливое возмущение объединяет всех - и националистов, и нормальных жителей России, и узбеков, и выходцев из Узбекистана. Невозможно найти человека, который открыто праздновал бы это преступление.
Попытаюсь описать то, что чувствую я, родившийся в Узбекистане и проживший там 44 года.
В Узбекистане я видел все преступления, которые только можно придумать. Но не могу вспомнить хотя бы одно, когда женщина-узбечка убила бы ребенка.
Если описывать национальный характер узбекской женщины, то она, скорее, возьмет к себе чужого - накормит, обогреет и полюбит. Разумеется, это обобщение, которое никогда не бывает полностью верным. Потому что в извращенной современности есть случаи, когда женщины-узбечки бросают своих детей, пусть и скрывая свой грех или пытаясь переложить вину на окружающих. Но все же, любовь к детям следует признать чертой национального характера узбечки.
Я слышал о преступлениях, когда женщины-узбечки принимали участие в расчленении убитых. Но это были расчленения с целью скрыть преступление, а не продемонстрировать его. И они надеялись, что об этом никто и никогда не узнает, даже Аллах, потому что они в него не верили.
Не знаю, принимали узбечки участие в террористических актах последнего времени или нет. Но после взрывов в Ташкенте в 1999-м году разыскивали, в том числе, и женщин. Но они скрывались!
И вдруг появляется монстр, женщина-узбечка, которая убивает абсолютно беззащитного ребенка и отрезает голову не ради сокрытия преступления, а для того, чтобы продемонстрировать сотворенное всему миру.
Сумасшедшая? Возможно! Но, все же, ее рассчет оказался на 100% верным: не надо заботиться о видеокамере и о том, как выложить ролик на ютуб - за тебя это сделают другие люди. Они сами, добровольно поделятся страхом с другими людьми - интернет позволяет. Считанные минуты прошли, и вся страна в ужасе и оцепенении! Главный результат любого террористического акта - страх населения, ощущение беспомощности - достигнут.
Как же так? Как она смогла убить ребенка, которого своими же руками кормила, поила, мыла, прикасалась к нему, жалела его, наверное, даже где-то и любила. Потому что ни за какие деньги невозможно имитировать будто ты ухаживаешь за беспомощным больным ребенком, если у тебя в груди нет истинного сострадания к нему.
Я не специалист в психиатрии и не могу утверждать, что убийство произошло по причине ее душевной болезни.
Но и сама по себе личная трагедия не могла стать мотивом преступления против невинного ребенка. За десять лет, что моя мать нуждалась в сиделках, у нас кто только не перебывал - и русские, и молдаванки, и узбечки и украинки. Каждая из них имела за плечами примерно такую же историю - мужа нет, дети разбросаны там и сям, при этом сама она непонятно в каком статусе, чаще всего безграмотна, без профессии. Если такая убьет старуху или ребенка - какая ей от этого польза, что за удовлетворение?
Может быть, это произошло случайно? Например, уронила ребенка и он умер или придушила, пытаясь остановить крики, а дальше от страха включилось сумасшествие.
Или это произошло намеренно? Допустим, что мотив все же был, но мы пока о нем не знаем. Но тогда невозможно объяснить последовательность событий. С одной стороны она поджигает квартиру, чтобы спрятать следы преступления, а с другой - идет на улицу размахивать отрезанной головой, привлекая внимание к этому самому преступлению, которое она только что пыталась скрыть.
Версия о том, что это заранее подготовленный теракт у меня отпала после того, как я посмотрел видео допроса. Это же явно полоумная, полуграмотная, глупая баба!
Откуда у нее возникла идея объявить себя террористской и угрожать взрывом? Да из телевизора! Ведь все это: исламский терроризм, отрезанные головы, взрывы смертниц и, самое главное, страх перед мусульманами ей показали именно по телевизору.
И вот, происходит что-то непоправимое, ребенок мертв и в ее больном, мятущемся сознании рождается решение, как выйти из этого положения - ведь она явно рассчитывала, что ее пристрелят и на том все и закончится - и неустроенная, переломанная личная жизнь, и мертвый ребенок, да еще заодно и отомстить всему миру за все плохое, что с ней произошло. Ее покажут по телевизору, ее тоже будут бояться, так, как она сама, всю свою жизнь боялась людей! Ведь для нее пуля в голову в этот момент и была бы победой, понимаете? Был бы у нее пояс со взрывчаткой, она бы его точно взорвала - для этого ее даже и обрабатывать не надо было.
Мы подошли к самому главному, к самому страшному аспекту этой истории. Убийство девочки стало еще одним увесистым, очень крупным кирпичом в стену, которая разделяет мир на мусульман и всех остальных. Ведь, по слухам, она кричала "Аллах акбар" и оделась пусть и очень странно, но пытаясь изобразить из себя религиозную, верующую мусульманку. Да еще и родители убитой девочки рассказали, что в последнее время она стала часто молиться и посещать религиозные сайты. То есть, у нас есть основания считать, что на произошедшее как-то повлиял исламский экстремизм.
И одно дело, когда террористические акты совершали организованные группы, а совсем другое, когда террор становится инструментом глупого, бесправного существа. Кто от нее ожидал такого? А вот, поди ж ты - попало семя бесчеловечной идеологии в больное сознание и взровалось диким, ужасным преступлением, которое потрясло всех нас.
Как теперь жить? Как не допустить повторения? Сколько еще таких, обиженных на жизнь, последуют ее примеру?
И, самый главный русский вопрос: что делать?
Выслать всех и отгородиться границами не поможет, потому что границы не препятствуют распространению идеологии. А исламский экстремизм это не просто группа людей, это даже не территория на карте, которую чуть-чуть побомбишь и все пройдет, это именно что идеология, которая транснациональна, трансгранична и для ее распространения даже не нужна ленинская газета "Искра" - все возгорается само собой.
Вспомните историю распространения большевистской идеологии. Сильно помогла царю борьба тайной полиции с большевиками? Или военное вторжение помогло остановить пожар? Да ничего подобного! Идеи вульгарнейшего коммунизма охватили едва ли не всю планету и победить его военными методами оказалось не под силу никаким армиям мира. Наоборот, попытки воздействовать силой только убеждали население стран и огромных регионов, что большевики правы: капиталисты всего мира враги рабочему классу и желают уничтожить их свободную и счастливую жизнь любой ценой. Даже активные действия буржуазной контропропаганды приводили к обратному результату - идеи большевизма увлекали в безумную воронку все больше людей, даже таких, от которых этого и вовсе не ждали!
Ровно то же самое происходит с распространением идей исламского экстремизма. Ведь никто в здравом уме не потребует прекратить борьбу с экстремизмом. Но дело в том, что сама эта борьба порождает все большее число людей, которые присоединяются к радикальному исламу.
Почему так происходит? Да ровно потому, что остальному миру нечего предъявить исламистам, кроме собственного оружия. А победоносную борьбу с идеологией может вести только другая идеология. Большевизм оказался побежденным именно там, где людям успешно взамен обанкротившегося ленинизма предложили привлекательную идеологию, пусть она и оказалась несовершенной, но она хотя бы обещала и жизнь лучше, и свобод больше, и какую-то призрачную справедливость.
Поэтому, пока существует проблема неравномерности экономического развития в разных странах, пока происходит расслоение на этот раз не по классовому признаку, а по целым регионам, да еще и по религиозному признаку, а запад больше ничего не может противопоставить в идеологическом смысле, у исламских радикалов имеется очень крепкая почва под ногами. Исламофобия, антимигрантская истерия, национализм, лозунги Трампа и Мари Ле Пен - все это им на руку, это отлично укладывается в рамки их пропаганды. И чем хуже живется населению в мусульманских странах, тем больше последователей у радикалов и экстремистов. Потому что уж больно заманчива идея: джихад и моментально наступит порядок и справедливость, а на время джихада все нормы человеческой морали можно и отменить. Все то, что вчера было нельзя - сегодня можно. И никто тебя не накажет. А если у тебя отберут жизнь, то это и будет самая высокая награда.
И я не знаю, что надо делать не то что во всем мире - проблема-то глобальная, на весь мир, - но и хотя бы в России.
Ввести визы? Да найдутся студентки МГУ, которые тоже поторопятся в шахидки.
Принимать всех подряд и греть на груди, как Ангела Меркель? Так это попытка откупиться, а не протипоставление идеологии.
А какая у нас вообще идеология? Или патриотизм, как ненависть ко всему окружающему миру, и есть наша идеология? Но эта идеология отталкивает от нас все больше тех, кого еще вчера считали братьями.
Действующая, продуктивная идеология это набор идей, которые можно предложить: живи вот так, и тебе будет так же хорошо, как нам. А у нас такой идеологии пока нет, увы. Ее нет и у руководства большинства стран с номинально мусульманским населением. Сдерживать одну, стремительно развивающуюся силу при помощи другой, все более наращиваемой силы, наверное, можно, но уж больно ситуация похожа на сжимающуюся пружину.
Так что делать?
|
</> |