Юридический аспект. Суд над генералом Павловым


Сразу оговорюсь, сложись по-другому – и не исключено, что Дмитрий Григорьевич окончил бы войну в 1945, командуя танковой армией или, при везении, даже фронтом, умер бы в 60–70-е годы в почете и увитый лаврами победителя, и о нем бы тоже писали, как о Чуйкове или Рыбалко.
Но история сослагательного наклонения не знает, и наш герой оказался там, где оказался: в том самом страшном июне 1941 года он занимал должность командующего Западным Особым военным округом. А вот дорога, которая привела довольно неопытного командира на такую высоту, была интересной.
Крестьянский сын
Крестьянский сын из небедной семьи Костромской губернии
(двухклассное училище и экзамены экстерном за четвертый класс
гимназии стоили недешево), он в возрасте 17 лет попал на фронт
вольноопределяющимся. Дослужился до унтер-офицера, на реке Стоход
попал в плен, где и пробыл до 1919 года. По возвращению домой
работал у отца, потом чиновником и лишь к концу года – мобилизован
в РККА.
Пара выводов напрашивается сразу: человек умный и амбициозный,
за деревню не держался, наоборот – всеми силами рвался в город,
война в таком качестве – тоже способ, ведь от вольнопера до офицера
в военное время один шаг. Идейным коммунистом также не был, в РККА
добровольцем не пошел, хотя имел немалый военный опыт.
Хотя именно РККА, нуждающаяся в грамотных людях, не связанных со
старой властью, дала ему все. Там он вступил в РКП(б), там получил
военное образование, послужил на административных должностях и
всего за два года стал комполка в кавалерии.
Боевой опыт времен Гражданской у Павлова специфический –
Туркестан. Басмачи были, конечно, противником фанатичным и сильным,
но что РИА, что РККА сынов степей и пустынь била всегда, даже при
соотношении один к десяти не в свою пользу. Техника и тактика –
первичны, а личная отвага в эпоху промышленной революции –
вторична.
В 1925 году перспективный кадр направлен в академию имени
Фрунзе. Многообещающий, понятно, не по наградам и опыту, а по
происхождению и образованию. Мало у нас было грамотных крестьянских
сынов, имеющих за плечами школу унтеров и четыре класса гимназии,
плюс какой-никакой, а боевой опыт. В этом карьера Павлова очень
схожа с карьерой Жукова и еще со многими другими: офицерам бывшим
не доверяли и готовили им замену.
В 1929 году у Павлова третья война – он в качестве командира
кавполка воюет на КВЖД. Воюет неплохо, но опять же – опыт короткий
и специфический. Зато после этого – Москва, военно-техническая
академия, и кавалерист Павлов становится танкистом. И не просто
танкистом, а командиром 6-го мехполка, одного из первых в РККА. А в
1934 году – командиром 4-й мехбригады, лучшей бригады Белорусского
военного округа.
Дальше – Испания, куда таких и отбирали, молодых (Павлову – 40
лет) и подающих надежды. Показал он себя там хорошо, как командир
танкового полка и бригады, и итог: с июля 1937 года Павлов –
начальник автобронетанкового управления РККА.
Участие его в Халхин-Голе и Зимней войне сугубо декоративное – войска он в бой не водил, а летом 1940 года, за год до войны, Павлов принимает Западный особый военный округ (ЗОВО), который он и привел к катастрофе.
Что не так в его карьере?
Павлов не командовал ни взводом, ни ротой, ни батальоном, он
получил сразу полк. Причем полк кавалерийский, там своя специфика,
особенно в войну Гражданскую, именно в Туркестане, где фронта-то и
не было, а была антипартизанская операция.
Дальше – мехбригада, дело для РККА новое и непонятное. В
теории-то все понимали, что такое танковые войска и как их
использовать, а на практике... В реальности даже немцы в Польше
поначалу ошибались и долго подбирали оптимальный штат танковой
дивизии.
После комбрига – должность административная, главный танкист
занимался обучением, освоением и выбором техники, обобщением
боевого опыта, но не командовал реальными войсками, а потом –
округ. Округ через ступени комдива, комкора и командарма. Комдив бы
из него вышел бы, наверное, хороший, да и комкор мехкорпуса тоже,
но у него было четыре армии, мехкорпуса, стрелковые корпуса,
десантный корпус и прочее.
И слабость кадров, таких молодых да ранних в РККА было море. ВВС
и танковые войска-то в 30-е создавали практически с нуля, а в
традиционных родах войск старые кадры убирали вовсю, а новые...
Одна часть – сгорела в 1937 году, другая – опыта имела
мало.
Если грубо: профессиональным велосипедистам поручили КАМАЗ на
ралли Париж – Дакар.
Не было других, и это, с одной стороны, Павлова оправдывает, с другой же – наоборот. К карьере-то в сталинском СССР не принуждали, вряд ли злой чекист с революционным револьвером стоял за спиной Павлова, да и комиссар Мехлис тоже едва ли. Собственно, Павлов совмещал долгое время две должности – командира и комиссара.
Языком права
А если языком права: 193_17. а) Злоупотребление властью,
превышение власти, бездействие власти, а также халатное отношение к
службе лица начальствующего состава Рабоче-Крестьянской Красной
Армии, если деяния эти совершались систематически, либо из
корыстных соображений или иной личной заинтересованности, а равно
если они имели своим последствием дезорганизацию вверенных ему сил,
либо порученного ему дела, или разглашение военных тайн, или иные
тяжелые последствия, или хотя бы и не имели означенных последствий,
но заведомо могли их иметь, или были совершены в военное время,
либо в боевой обстановке, влекут за собой – лишение свободы на срок
не ниже шести месяцев.
б) Те же деяния, при наличии особо отягчающих обстоятельств,
влекут за собой –высшую меру социальной защиты.
Бездействие власти и дезорганизация налицо. А также налицо:
193_20. а) Сдача неприятелю начальником вверенных ему военных
сил, оставление неприятелю, уничтожение или приведение в негодность
начальником вверенных ему укреплений, военных кораблей,
военно-летательных аппаратов, артиллерии, военных складов и других
средств ведения войны, а равно непринятие начальником надлежащих
мер к уничтожению или приведению в негодность перечисленных средств
ведения войны, когда им грозит непосредственная опасность захвата
неприятелем и уже использованы все способы сохранить их, если
указанные в настоящей статье действия совершены в целях
способствования неприятелю, влекут за собой – высшую меру
социальной защиты с конфискацией имущества.
Брошенные горы техники, сданные в плен солдаты и укрепления.
Причем о козле отпущения и речи быть не может – судили в 1941 году
многих, но не всех.
Скажем, к командованию Киевского особого вопросов не возникло,
как и к командованию Прибалтийского. Кузнецов не справился – его
сняли и все. А Павлов не просто не справился – он провалил
дело.
И проблема не в поражении, поражение было неизбежно. Дело в том,
что комфронта со второго дня войны выпустил из рук управление
войсками и не понимал обстановку (от слова вообще), отдавая
неадекватные приказы.
Как, например, удар 6-го мехкорпуса Хацкилевича в пустоту без
средств ПВО и воздушного прикрытия. Или невывод из Брестской
цитадели войск, или сосредоточение вдоль границы двойного комплекта
самолетов, или... Этих «или» было много у Павлова.
А вот, скажем, севернее такого не вышло: 18 июня 1941 года части корпуса подняты по тревоге и выведены в районы сосредоточения, таким образом, к 22 июня 1941 года 2-я танковая дивизия находилась в районе станции Гайжюны, Рукле, 5-я танковая дивизия сосредоточилась в нескольких километрах южнее Алитуса, а 84-я моторизованная дивизия в лесах под Кяйшадорисом.
Вот и остался Кузнецов командармом.
Остальное – политика от Никиты Сергеевича до нынешней
декоммунизации.
Если рассматривать вопрос с точки зрения юридической и фактической, на чём основывался суд, когда выносил приговор, то основания к осуждению были налицо. Почему же я, занимая такой пост, на котором мог оказывать влияние в ту или другую сторону при решении важных вопросов, согласился на их реабилитацию? Я согласился потому, что в основе-то виноват был не Павлов, а Сталин.
Виноват Сталин и точка, принудил бедного Павлова округом
командовать, заставил не уметь войсками управлять и не
контролировать неопытных подчиненных.
Еще одна аналогия – маньяк убил сотни людей, но надо его
оправдать, ибо в основе-то виновно государство: не так школа
воспитала, и вовремя не разглядели.
Глупость?
Глупость, но насчет Павлова все воспринимают как норму.
А так он – жертва, конечно, что эпохи, когда нужно было много и
сразу, а не было ничего, что своих карьерных амбиций, когда
крестьянский сын сам в какой-то момент поверил, что он может все и
знает больше других.
А за этой трагедией одного маленького человека жуткие цифры: 625 тысяч военнослужащих в бой вступили, 417 тысяч убитых и раненных, фронт разгромлен, сотни тысяч жизней потеряно, немцы продвинулись на 600 километров.
И кто ответит за них?
Ведь на Сталина-то все не спишешь? А Павлова реабилитировали, с кем не бывает…
Автор: Роман Иванов
https://topwar.ru/187732-juridicheskij-aspekt-sud-na-generalom-pavlovym.html