Является ли трудом программирование?

06.07.2017

Нет, никто не отрицает по-настоящему «революционной» составляющей цифровой экономики. Ускорение, улучшение и удешевление не выдуманы — они есть. Однако сами по себе никакие технологии управления, облачные сервисы, бигдата и майнинговые фабрики не производят еду, одежду и бензин.
И ещё. Неизбежно поверх реальной пользы, приносимой цифровым сектором, имеется растущий (и достаточно многолюдный) класс с быстро растущей же капитализацией, который в пачке с полезными и необходимыми вещами производит и продаёт сущности, имеющие зачастую не столько ценность, сколько стоимость.
То есть в конечном итоге — этот класс и получает те условные «цифровые дивиденды», которые экономит и зарабатывает для экономики цифровой сектор. И частично превращает сам процесс «цифровизации» если не в новый пузырь, то в особую форму хайтек-колониализма.
...Так что весьма серьёзной задачей при внедрении цифровой экономики в России станет вопрос, как отделить настоящую часть её от паразитарной.Подробнее »

какую пользу может принести техническое совершенствование имитации, которая осуществляется в паразитарных интересах, – при том что именно с точки зрения этих интересов измеряется возможность различения полезного и паразитического?

Принципиально оставляя это вопрос открытым и предлагая только некоторый, весьма бледный контур контекстной рамки для поиска возможных ответов (главным образом, совместного поиска, в том числе, в комментариях к этому посту), вот что, навскиду, хотелось бы заметить.

Один мой оппонент, будучи настроен специфически оптимистическим образом, утверждает следующее (в комментариях к этому репосту):

Труд – это производство материальных и духовных благ. Программирование – это некое тех.обеспечение процесса производства. Если же этот род деятельности начинает выставляться как нечто "передовое", и при этом группы, занятые этой деятельностью, начинают притязать на нечто, вроде "класса-гегемона", это демонстрирует производство паразитизма в массовом порядке.
Наука же, в полноценном смысле – как _непосредственная производительная сила_ и как соц.институт, обеспечивающий естественное и духовное развитие общества и человека – сегодня не функционирует от слова совсем, превращаясь, вместе с другими такого рода соц.институтами (например, образованием), в придаток процессов производства паразитизма и просто ублюдства.

То есть это также в тему _наукоёмкостей имитационного планирования_ (см. подробнее: разбор одного социологического исследования). А именно –

об отсутствии ответственности на входе. А также о том, что именно такими "обустройством" и "конструированием" социально-политической системы измеряется приоритетность науки в качестве "производительной" силы. Научное же сообщество, призванное быть субъектом научного познания, осуществляемого в целях общественно-исторического развития, имеет в этом формате явно не инновационные и не субъектные кондиции и мотивации. И даже супротив того: реконсервационное "день простоять, да ночь продержаться" – проволакивая рутину, выдавая на гора показуху, отстаивая статусы и прочие понты, типа "высокой престижности, ну, чиста умственного труда".

То есть, как можно заметить, и здесь – всё то ж: способствование или попустительствование контр-демократическому саботажу, учиняемому классом–паразитариатом.

В этом режиме, при любых инновационных средствах тех.обеспечения, – будь то "прямые линии" в коммуникации общества и гос.власти или "цифровизация" экономики, – всё одно, общественное сознание отформатировано так, чтобы индивидуальные носители этого сознания искали только коротких путей. И самый короткий путь – это жрать ближнего своего, сживая его со свету. Отформатированное таким образом общественное сознание ускользает от его определяемости общественным бытием, как и Бытием в целом. Ибо ещё более короткий путь – настолько короткий, что и вовсе не путь, – это желание казаться. Что означает – минус стремление быть в общественно значимых отношениях и решениях (см. по теме).

Что же до парадоксально-каверзного вопроса о пользе паразитизма, поставленного на поток и, для пущей высокоточности, оснащенного цифровыми технологиями, ключ к ответу здесь очевидно обретается в следующем.

Внедрение этих технологий должно ускорить процесс размежевания в обществе – по линии бытийно-исторической партийности (см. по теме: _опыт осмысления контр-позиции детство–1 vs. детство–2_). Коротко и просто, это означает следующее.

Если человеко-пожирательное ублюдство паразитарных меньшинств не имеет дна, то представители общественного большинства, каждый из которых либо пассивно попустительствует этому ублюдству, либо пособничает ему из нужды, рано или поздно должны преткнуться о тот экзистенциально-метафизический предел, каким является духовное измерение их бытия. И, преткнувшись, о-пределить этим бытием своё сознание, тем самым сообщая своим отношениям и решениям способность внимать всему тому, что значимо в формировании нормальной социально-политической системы.