Война, которая внутри
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Я подсаживалась к какой-нибудь одинокой бабушке, знакомилась и просила: «Расскажите, как вы были маленькой!». И они рассказывали. «Да я уж и не помню!- говорили они. - давай я лучше тебе расскажу…». И каждая рассказывала мне про войну.
Они все пережили войну. В 1978 году им было к 70, и у них внутри жила война. У каждой своя. Они прожили жизнь с этой войной внутри, привычно и естественно, она просто была там. Жили с нею внутри, день за днём, работали, растили детей, помогали с внуками… Когда я спрашивала, они начинали рассказывать, и их война выплёскивалась вокруг нас, а я слушала, впитывая картинки. Там были «мы» и «они», был снег, много снега, много людей, идущих шеренгой, прячущихся под насыпью… Много страха и неизвестности, и яркая кровь на белом снегу… Бесконечная дорога, грохот, вой и взрывы, и мёртвая тишина… И огни вокзала, и чужие города, и надежда на возвращение… Они объясняли, почему поступали именно так. Почему нельзя было иначе.
Не знаю, рассказывали ли они об этом кому-то ещё, они плакали, когда рассказывали мне, и я их гладила, и всё внутри переполнялось жалостью. А они продолжали, говорили и говорили, их лица светлели, и они звали меня к себе пить чай с конфетами. Мама с моей бабушкой меня теряли, бегали по двору в поисках, а бабушки извинялись и просили приходить ещё. И я приходила. И снова они выплёскивали передо мной войну, которая жила у них внутри, каждая свою…
Так получилось, что сейчас я на практике в больнице. В качестве будущего соцработника, говорящего по-русски, я встречаюсь с множеством людей, попавших в больницу. Им сейчас около 70, дети, выращенные бабушками моего детства, с переданной им по наследству войной внутри. Каждый из них несёт в себе отголосок той войны, личной войны своих родителей. Им, рождённым после войны, войну передали без права выбора, без возможности повлиять на происходившее там, без объяснений. Она незаметно жила в них, тихонько пряталась на дне, а сейчас поднялась и их накрыла. Они не там, под бомбёжками, где реальные страх и боль, где можно принимать решения. Они здесь, в безопасности, как в клетке. И они мечутся, ищут спасения от накативших эмоций, ищут им оправдания. И я снова, как в детстве, прошу- расскажите!
И они рассказывают. Нервничают, кипятятся, ищут оправдания и логику - и не находят, потому что запутались в другой войне, безусловной, унаследованной, которую подхватили у родителей и несли в себе всю жизнь.
Они говорят и говорят. Выплёскивают боль и эмоции. С удивлением прислушиваются к сказанному и испытанному… Некоторым удаётся из обломков унаследованной войны создать свою, собственную, где они действуют и принимают решения, а не искать оправдания уже случившемуся.
Их лица светлеют. Иногда они плачут.
А меня давно уже никто не ищет…
|
</> |