Вокруг Азарии.

Но тут случилась накладка, сценарий забыли согласовать с самим Азарией. Да кто о нем думал, солдат какой то сранный, да еще из Рамле. А Азария, то ли по совету отца, бывшего мента, знающего что "чистосердечное признание облегчает совесть, но удлиняет срок", то ли из принципа, решил армейского адвоката не брать, а взять других адвокатов. И те сказали, что нет ребята, никаких признаний, суд так суд, давайте играть до конца. И начался суд, хоть а армейский, но публичный, со свидетелями защиты, с публикациями и большим шумом вокруг. И стало это выглядеть как то нехорошо. Солдаты и взводные говорят что правильно Азария поступил, комбаты и выше говорят что неправильно, ротный сначала говорит одно, потом меняет показания на радость начальству. Тут еще пара отставных генералов выступают на суде в том плане, что не вам его судить.
И народ как то начинает политически неверно это все понимать, будто армейская элита пытается засудить солдата. А тут еще суд такое заключение написал, что совсем уже ни в какие ворота, с таким заключением теперь вообще половину армии сажать надо, и местами из этого заключения так очевидно, что очень суду хотелось Азарию засадить, что как то и неудобно даже.
И начинается очень нежелательная для армии движуха, когда не дочка Ольмерта, а самый что ни на есть народ устраивает демонстрацию и кроет Айзенкота очень некрасивыми словами, тот самый народ который еще недавно в каждой хумусие портрет начгенштаба по своей инициативе вешал. А сейчас вроде как выходит что любимая народом армия это Азария и содаты, а не Айзенкот и генералы с полковниками.
И вот уже не лаФамилия, а совершенно лояльный экскурсовод и бывший цнеф, героически завалив террориста в первом же интервью на всю страну говорит, что несправeдливо парня засудили, и теперь из за этого люди гибнут. Армия тут же начинает кампанию по его дискредитации, но делает это так коряво, что сразу видно, что экскурсовод говорит правду, а офицеры врут.
Армия пытается теперь фарш назад провернуть, посылая комполка с предложением обажалование не подавать а не гнать волну и договориться по хорошему. А папаша Азариии, он бывшый мент и такие приколы знает, и разговор записывает. А как только любимый нами Алмоз отрицает что это предлагалось, выкатывается запись разговора. И армия уже совсем в своем вранье запутывается, и что делать непонятно, сейчас помиловать нельзя, глупо выглядит, а продолжать суд тоже не хочется, потому что так полковников скоро начнут на улице бить.
|
</> |